— Невероятно!

— Но сам понимаешь, ни одно дело не бывает без последствий. Одним из неожиданных и довольно приятных, последствий стало появление собственной, причём весьма оригинальной культуры драконов. У нас очень популярны драконьи сказки и шаттэлы. Шаттэлы это своеобразные повествования, включающие некое фантастическое сказание, пение и воздушный танец.

— Воздушный танец?

— Да! Это когда от одного до десятка драконов танцуют в полёте. Действо невероятной красоты. Одним словом, у нас всерьёз заговорили о возникновении нового вида разумных существ и о праве драконьей цивилизации на собственную планету.

— Вон как! А не жирно ли им будет?

— Да как сказать… Основная часть человечества занимает шесть планет, а ещё восемнадцать практически пустует. Да, они терраформированы, то есть, приведены в землеподобный вид, но желающих там поселиться, почти нет. Да и возникнет нужда, в резерве есть около сотни планет, которые можно терраформировать. В сущности, работа небольшая: создать атмосферу и гидросферу, а остальное возникнет как-то, само собой.

— Антоха, а как сами драконы смотрят на создание собственной цивилизации?

— Да нормально смотрят, совсем как люди: кто-то загорелся идеей, кто-то резко против, а большинство дракониц трезво и взвешенно обдумывает варианты. Они ведь не сами по себе, а руководят своими стаями. Ты же знаешь, что такое ответственность командира.

— Действительно, нелёгкий выбор, согласен. Слушай, а другие разумные виды вам попадались?

— Нет, не попадались. Нашли несколько планет, где имеется жизнь, однако разумной не встретили. Но и то сказать, Солнце находится примерно посредине Рукава Ориона, а мы пока не достигли ни центра Млечного пути, ни внешнего конца нашего рукава. И до других рукавов мы ещё не смогли добраться. Надо понимать, человеческая цивилизация ещё в детских штанишках.

— Да-а! Всё, Антоха, я решил: вот кончится война, я пойду учиться в университет, стану астрономом. Это же какие перспективы перед нами, а? Правда я ещё заинтересовался биологией, так что даже и не знаю… Что же делать?

— Да никаких трудностей я не вижу. Учись параллельно. Одна специальность очно, а другая вольнослушателем. У нас так можно, а тебе, если даже нельзя, разрешат как герою войны.

— Какой же я герой?

— Ты, Юра, воевал с первого часа войны, и первый вылет совершил в первый же день. Кстати, он был успешным?

— Не то чтобы очень, но по гитлеровской мехколонне мы ударили очень хорошо. И побомбили, и РС пускали, и из пушек прошлись. Но у немцев столько средств ПВО!

— Многих своих потеряли?