Глава 1
Виски со льдом и лимоном, щепотка рунического пороха и трехсекундный фаербол — любимый напиток детектива Анчара Кроя. Он обязательно его выпьет, но сперва закончит одно маленькое дельце. Вытянет кляп изо рта привязанного к стулу пленника и устало скажет:
— Дружище, без обид. Я бы пристрелил тебя сразу, без всяких допросов, но регламент обязывает сидеть с тобой все полчаса, и у нас осталась минута. Итак, твоя единственная попытка. Кто убил Флору Палмер?
— Ты… Не… — Пока вурд истошно откашливался, Анчар передёрнул затвор старого «Кольта 1911». Одна из начерченных на стволе рун на миг вспыхнула огоньком. — Это «Марли». Сам ты на них не выйдешь, никто не выйдет. Но я могу вас связать. Рейд не заказывали со стороны, на них надавил кто-то из своих. От меня требовали…
Вурд не должен был врать. По крайней мере — не намеренно. Напротив, это был последний шанс заинтересовать Анчара, чтобы тот сохранил ему жизнь. И ведь информация, что лилась из уст избитого вурда, действительно была ценной, но «Марли»… боги, нет. Не найдется занятия более извращенного, чем копошиться в этом клоповнике. Скучно. Долго. Нудно.
— …Ещё у них есть бегунок на Сервоприводной… Я могу провести…
Пленный тараторил изо всех сил. Он знал: легавые, конечно, впаяют ему срок за серию убийств и разбой, но не станут стрелять «при попытке к бегству», как это мог сделать Анчар.
— Они брали инфу у Чернотропа. Взамен должны были…
Детектив посмотрел на часы. Секундная стрелка как раз отсчитала минуту. Рабочий день окончен.
Уже не вслушиваясь в слова, он одним резким движением сунул дуло кольта в рот вурда и на миг задержал взгляд на его распахнутых в удивлении глазах. Думает, что Анчар блефует. Или что сходу поймал его на какой-то мелкой лжи.
На секунду Анчар представил: что, если на месте вурда был бы он. Покончить со всем этим дерьмом. Вурд выстрелил бы, наверняка выстрелил, а затем навсегда скрылся в трущобах Сервоприводной. Детектив перевел взгляд на стакан, горящий лёгким пламенем.
Нет, пить он хотел сильнее, чем умирать.
Выстрел.
Заряженная руна испустила искры и погасла. Плеснула кровь, окрашивая стену подвала почище рождественского фейерверка, а голова вурда с дырой вместо затылка, качнувшись из стороны в сторону, безвольно повисла.
— Так проще, дружище, — сказал Анчар, убрал «кольт» и потянулся за ждавшим своей минуты стаканом с виски. — Проще нам обоим.
Семнадцать часов ноль одна минута. Можно выпить.
Догорающее пламя рунического пороха не делало напиток теплым — оно лишь добавляло ту неописуемую остроту, за которую Анчар и ценил этот напиток.