По дорогому паркету стучат каблучки офисных туфель. Молодая секретарша аккуратно опустила серую посылку на рабочий стол и поклонилась, выходя из кабинета.
"Посмотрим, что хищницы придумали на этот раз!" — хмыкнул парень, доставая канцелярский нож из узорного стакана.
Недорогая упаковка громко шуршит, напоминая техническую бумагу, которой перекручивают товары в супермаркетах.
— Это и есть упаковочная бумага! — удивился Ган, срезая обёртку.
Яркие надписи на коробке вызывают недоумение: «Пышки Мо!», «Пальчики оближешь!», «Съешь меня быстрей!», «Самые вкусные сдобные булочки Сеула!», «Двигай, давай, налетай!».
— Не пойму… — бормочет Ган, — когда сдобные булочки стали приглашением на свидание… не заказывал еду навынос… — подняв брови, он распахнул коробку: — Может, кто-то ошибся адресом? Что за… бред…
Внутри действительно лежит вытянутая булочка. На одном конце румяную выпечку украсил необычный узор: кто-то выщипал тесто и оставил забавную рожицу с дерзкой ухмылкой. Другую сторону обжал браслет золотых часов.
— Быть не может… — уставясь в нахальный оскал, Ган поднял булочку за серединку.
Тяжёлый вес настоящего золота перевесил, и наглая мордочка кусает прямо в сломанный нос!
— Фифаль! — гнусавит Ган, кривясь от боли.
Дорогие часы шмякнулись обратно в коробку и солидно гремят, пока сломанная булочка осыпает крошками дизайнерский стол, улетая на пол.
"Совсем, как тогда…" — атака хлебобулочного изделия вызвала краткое дежавю, парень вспомнил зал ожидания в аэропорту и попытку успокоить грустную соседку.
— Офенеть… — Ган трёт пластырь на носу, затем он проверяет крышку часов. Да, это его Ролекс…
На дне коробки видны необычные закорючки. Стиль начертания рваный и неразборчивый, так пишут даже не маленькие дети, так пишут в яслях: «СЕМЬЯ ГЛАВНОЕ ПРАВДА».
Прочитав эту надпись, парень стиснул драгоценные часы в кулаке. Во внезапном порыве он швыряет их в стену!
Плазменный телевизор хлопнул треснувшей матрицей. Картинка одного из центральных каналов меркнет, на месте удара играют разноцветные полосы.
Диктора вечерних новостей сменила фотография молодой особы. Изумрудный глаз смотрит устало и с некоторым обвинением, другая часть бледного лица скрылась за помехами от разбитого экрана. У горловины серой футболки блестят тёмные стёкла, ниже тонкие пальцы держат табличку с номером: «1004».
— Чон… Са… — тихо произнёс Ган и смотрит на знакомое лицо, пока оно не исчезает с экрана.
Шуршат хлебные крошки. Парень запустил пальцы в волосы и клонит голову, упираясь локтями.
— Что со мной происходит?!