Бросив сумку в потолочный ящик, я падаю на кресло.
Оказалось, что тканевая обивка жёсткая, а сиденье неудобное. Сплошное расстройство! И зачем деньги уплачены…
— Дамы и господа, — в проходе улыбается стюардесса, — приветствуем вас на борту рейса авиакомпании Корея Эйр из Токио в Сеул. В настоящий момент мы являемся первыми в очереди на взлёт и, как ожидается, будем в воздухе примерно через пять минут!
Подействовала моя улыбка! Ранее сердитая девушка сменила гнев на милость и привычно готовит пассажиров к взлёту: звучит требование пристегнуть ремни.
— Ксо, — настойчиво пыхчу. А мне никак! Капризная пряжка улетела в дырку сиденья и заставляет себя выискивать: — Гадюка-а…
Прыгая в кресле, я роюсь за спиной. Чудеса акробатики мешают слушать речь стюардессы, а там говорят о правилах на борту. Может, чего важное упущу! Куда потерялась дурацкая пряжка?! Неудобное место…
Вдалеке стюардесса показывает спасательный жилет и кислородную маску, затем она даёт пояснения на нескольких языках. В спинке переднего кресла цветной монитор её дублирует, правда, запись крутят с другой красавицей.
Едрить, маюсь полной ерундой! Нужно дёрнуть ремень там, где пришили к обивке, и вуаля, пряжка возникает следом. Как всё просто, если думать головой, а не другим местом. Хотя… с моими-то мозгами…
Щёлк! Замок ремня фиксирует тушку.
— Фу-ух… — долго выдыхаю, запыхавшись.
Неудобна мне! Для человека, ростом выше среднего, места впритык, поэтому мои коленки упираются в багажную сетку. Низкорослые корейцы планировали расстояния под себя? Натуральные жлобы, экономят на комфорте и пихают кресел побольше!
— Чтоб их всех…
Действительно, очень неудобно! А выбирать не из чего: такое вот дурацкое место или скамейка снаружи…
Пожалуй, я выберу первое.
«Эх, жизнь моя, жестянка! А ну её в болото! Живу я как поганка… А мне летать, а мне летать, а мне летать охота!» — очередной проблеск радует голубой рожей певца. Водяной из мультика? Офигеть, исполнитель!
Нервно мотнув головой, я сбрасываю наваждение.
— Вот это да, — шепчу в цветной экран, — а иллюминатор-то здесь без надобности.
Видеокамера показывает наше движение: мы подъехали к краю взлётного поля и остановились.
— Офиге-е-е… — тяну, широко раскрывая глаза.
Ускорение вжимает в кресло! Внизу белые полосы мелькают, а индикатор скорости превысил двести и продолжает набирать значения.
— Давай, гони! — радостно улыбаюсь. Вот она, щекотка невесомости! Классна-а-а…
Мы в воздухе! Наш самолёт провожает огромный Токио. На экране его плотная застройка с яркими огнями стремительно уменьшается.