Да что там, вдоль всего Спасского моста, на который мы выехали с Волоколамского шоссе, выставили непрозрачные экраны. И пешеходный проход с западной стороны закрыли. Достаточно серьёзные меры, хоть и ничего сверхъестественного. Столица продолжала жить своей жизнью, не обращая особого внимание на готовящееся важнейшее, возможно, во всей истории человечества, событие.

— Ваши документы, — подошёл к машине солдат на пропускном пункте.

— Начальство надо знать в лицо, — усмехнувшись, наш водитель, он же гвардеец Валентины, нажатием кнопки опустил заднее боковое стекло.

— Алексей Вячеславович, с приездом, — обратился ко мне солдат, причём я-то его точно первый раз в жизни видел. — Прошу, ваш паспорт.

— Молодец! — похвалил его гвардеец. — Держи.

Он подал ему в развёрнутом виде какую-то бумагу, а я, перестав удивляться, наши с Майей паспорта.

Когда нас пропустили, я спросил уже водителя.

— Это какой-то розыгрыш, или бедолагам пришлось мою морду лица запомнить?

— Привыкайте, — по-доброму усмехнулся гвардеец. — Да, все постовые знают вас в лицо, но без пропуска не пропустят даже самого генерального. Мы им пару раз показательную выволочку устроили, они теперь под угрозой расстрела на месте ворота не откроют.

— Серьёзно тут у вас! Самого-то как звать?

— Меня Толя, моего напарника Миша, — он глянул в зеркало заднего вида. — Приятно познакомиться.

— Да уж, прости, обычно сразу запоминаю, а тут вроде как повода не было. Но теперь, видимо, часто пересекаться будем.

— Скорее всего, — кивнул он. — Валентина Юрьевна со стройплощадки не вылезает. Но у вас свой водитель будет. Я сегодня так, по случаю.

— Я понимаю, — ответил я ему, вовсю глазея по сторонам.

Внутри охраняемого периметра выстроили целый городок. Жилые корпуса, свой учебный полигон, что-то производственное даже! И на всю длину — длинная сквозная асфальтированная дорога, идущая почти параллельно МКАД, от которой к каждому объекту отходили ответвления.

И жизнь здесь кипела. Сотни людей были постоянно чем-то заняты. На полигоне кто-то проходил полосу препятствий, до моего чуткого уха явственно доносились звуки стрельбы где-то внутри помещений, кто-то отдавал приказы, сновали туда-сюда грузовые машины.

В самой же зоне аномалии вовсю шло строительство. Даже уже не шло, заканчивалось. Первоначальный культурно-развлекательный центр преобразился. Там, где были огромные окна — теперь высились бетонные стены с узкими, как бойницы, окнами. Не удивлюсь, если это и были бойницы. Павильоны тоже укрепили, и сейчас они выглядели, как неприступная крепость.