Она подошла с квадратными от охреневания глазами.

— Ошибся, бывает, — помолчав, проговорил Медиатор таким тоном, будто одолжение сделал.

Быстро взял себя в руки! Я кивнул Майе. Так надо.

— Хорошо, — ответила она не очень уверенно.

— Так вы согласны с моим предложением, правильно я понимаю? — Медиатор, всё ещё сидящий за столиком, как будто встряхнулся, поняв, что прямо сейчас его мочить не будут.

— А почему нет? — пожал я плечами. — Меня здесь через месяц не будет, а полезные связи они везде полезные связи.

— Значит, инцидент исчерпан? — спросил он.

— Хочу, чтобы вы поняли: работать я с вами буду, но если ещё раз такое повторится…

— О, не беспокойтесь, — Медиатор вымученно улыбнулся. — Меня неправильно проинформировали на ваш счёт. Рад, что мы во всём разобрались. Как говорится, ничего личного, только бизнес!

Вот только глаза не улыбались, и кулаки сжал. Видимо, еле сдержался. Этот раунд за мной, но, кажется, я нажил себе смертельного врага. И в другой раз он будет максимально хорошо информирован.

Медиатор достал из кармана и протянул Майе её телефон. Та молча забрала и убрала в свой карман.

Кивнув, я направился к выходу, прихватив напарницу под локоток.

От кафе мы направились обратно пешком. Поначалу шли молча. После пережитого нам обоим требовалось немного прийти в себя.

Я чувствовал себя виноватым и не находил себе места от мысли, что из-за моей непредусмотрительности с Майей могло произойти что-то ужасное. Как я мог упустить из виду возможность такого развития событий⁈ Этот вопрос мучил меня всю дорогу.

Спиной я, кажется, чувствовал прожигающие взгляды. Но не оборачивался. Майя тоже вела себя очень сдержанно, даже ничего не спрашивала…

Пока мы не завернули за угол, и кафе не скрылось из вида.

— Лёша! — зашипела Майя, — а теперь уже можно объяснить, что сейчас было?

А я не знал, что сказать, терзался и не мог начать разговор. В какой-то момент я не выдержал и, обогнав на полшага, остановился перед ней.

— Майя… слушай…

Майя посмотрела на меня очень внимательно.

— Считаешь, что виноват в произошедшем?

Я кивнул.

— Для начала будь добр, введи меня в курс дела, — вздохнула она.

Рассказал в двух словах. И суть претензий, и разговор с Орловым и Маратычем. И что не мог кончить эту мразь, как бы ни чесались руки, потому что сперва надо выйти на заказчика. Пока рассказывал, мы тронулись в сторону части и почти дошли.

Майя прижалась к моей руке.

— Не стоит винить себя, Лёша. Это я должна просить прощения. Представляешь, боевого офицера КГБ средь бела дня оглушили и спеленали по рукам и ногам. Позорище!