Ему придется немедленно, в течение буквально нескольких минут, покидать свой дом, бросив все нажитое имущество, и потом всю свою жизнь скрываться. Потому что король, конечно же, будет мстить. И к этой мести могут присоединиться и короли тех государств, которые выдвинули эти жалобы в его адрес.

Значит, если он хочет сохранить все свое имущество, лабораторию, бесценные разработки, то ему придется уступить.

Ну и кроме того, он прекрасно знал, что он не единственный грандмаг-некромант в Эргении. И один из двух его коллег работает на короля… Очень сомнительно, что к грандмагу-некроманту, выставляя такие унизительные требования, послали бы делегацию без него. И то, что он его не видит, ничего не означает. Он вполне может страховать эту делегацию из скрыта неподалеку… И тогда вовсе не факт, что Белекос сможет всех перебить и сбежать безнаказанно…

«Боги! Как же это унизительно! — думал Белекос. — Только что к моему счету в отношении Гредбенка добавился еще один пункт. Этот грандмаг-воришка ответит и за это тоже, когда я его найду. А из Эргении надо переезжать, конечно. Местный король слишком много себе позволяет. Жаль, столько труда и денег вложено в доработку защиты особняка в последние недели…»

Но пока что у него не было другого выхода, кроме как уступить этим беспрецедентно нахальным требованиям со стороны делегации от короля.

Правда, разрешать им проводить полномасштабный обыск он не собирался. К чему это, если есть другой вариант?

Поэтому он улыбнулся, хотя и натужно, и сказал:

— Думаю, обыск проводить ни к чему. Я могу сам вас отвести в свою тюрьму. У меня там находится несколько пленников. Не знаю, какие именно из них вам нужны. Если пожелаете, то можете забрать хоть всех. Хотя у меня были самые серьезные основания для того, чтобы их туда поместить.

Члены делегации переглянулись. После некоторого колебания помощник камергера кивнул и сказал:

— Если в вашей тюрьме, грандмаг Белекос, мы обнаружим всех тех, о пропаже которых мы получили жалобу, то да, мы готовы обойтись без обыска.

Белекос понял, что помощник его побаивается. Ну да, он же знаком с его репутацией. Так что приказ короля — это, конечно, приказ короля, но он боится чрезмерно обострять с ним отношения.

«Ну что же, если обыска не будет, это уже не так унизительно, — подумал Белекос. — Пусть забирают этих троих пленников и убираются с ними из моего дома. Жаль, что мою тюрьму в подземелье очень легко найти — она практически не замаскирована. Кто же знал, что может возникнуть вот такая ситуация? Но после переезда нужно это учесть…»