— А если королю передать письмо с указанием, что его нельзя читать вслух? Маркон тогда же не узнает, что в письме? — продолжила фонтанировать идеями Джоан.

— Проблема номер один — некоторые марконы умеют читать мысли. Если маркон, что находится при короле, из таких, то на этом мы сразу же и провалимся. Проблема номер два — король нам не поверит. Потребует доказательств. А ни один маркон не согласится трансформироваться в высшего демона, выдавая остальных. Хоть ты его на части режь в прямом смысле. Ну и тут же сообщит остальным высшим демонам, что их коварный план раскрыт и надо начинать войну с людьми прямо сейчас. Проблема номер три. Представим даже, что король вдруг взял и поверил нам без доказательств. Первым делом он отстранит маркона от себя. Не сможет он спокойно сидеть рядом с высшим демоном. Затем то же самое велит сделать своим родственникам и сановникам. И вот на этой стадии, если даже он ничего не скажет им о причине такого требования, высшие демоны догадаются, что их тайна раскрыта. Они очень умны, поверь мне! И в тот же момент пять сотен грандмагов и архимагов единой силой обрушатся на Аргент.

— Ну а если мы сможем убедить Драска так не делать? — уже с меньшим энтузиазмом спросила Джоан. — Предложим ему какой-то более разумный и осторожный план… Не отстранять пока марконов, а использовать какой-то наш план, как уничтожить их всех…

— Проблема номер четыре. Не имей иллюзий, что король, даже поверив нам, начнет следовать именно нашему разумному плану. С его точки зрения, мы слишком молоды, чтобы к нам прислушиваться. Он король — что ему в голову придет, то и будет делать. И уж точно ни минуты не позволит марконам находиться поблизости от своих сыновей и внуков. Что для очень умных высших демонов станет сигналом к войне, потому что они поймут, что их тайна раскрыта…

— Ох! — покачала головой Джоан. — Ну и жуть же!

— Потому и не хотел тебе ничего рассказывать, пока была возможность, — вздохнул я.

— А вот это зря, давно должен был рассказать! — Джоан ткнула меня кулачком в плечо, не купившись на мою отмазку.

Впрочем, особо злобствовать она тоже не стала. Я на радостях расслабился, и меня тут же неудержимо потянуло в сон.

— Послушай, может, спать пойдем, а завтра ты уже все вопросы, что у тебя возникнут, задашь? — спросил я.

— Да, пошли спать, ты же почти двое суток на ногах… Правда, я вряд ли теперь спать смогу… — с озабоченным видом сказала Джоан.

— Только когда утром встанем, не забывай, что ни о чем из того, что мы здесь обсуждали, нельзя в нашей комнате говорить. Захочешь поговорить на эти темы, снова сюда спустимся. Только так…