В семь утра я вернулся к Джоан — мы танцевали, потом завтракали у нее в комнате. Обедать и ужинать я решил здесь — нечего мне лишний раз соваться в Академию. Схожу только на занятия — уменьшу шансы нарваться на нанятых дуэлянтов до того, как полностью восстановлюсь.

С танцами, конечно, была полная засада — в прежней жизни меня не успели начать учить им до войны, в этой Эйсона никто и не учил — все же жил он в глухой провинции до поступления в Академию. Так что все ноги я Джоан оттоптал — только и успевал извиняться. Она реагировала достаточно добродушно. Близкий физический контакт вызывал у меня и другие реакции — ведь мы с Зейлой не виделись уже больше трех недель. Любопытно, что как-то и лицо ее стало забываться — все чаще, вспоминая про нее, я почему-то видел перед собой лицо Джоан.

В итоге, чтобы не дошло до чего-то незапланированного, из башни Джоан я сбежал сразу после ужина и направился тренироваться в наше подземелье. И где-то к трем часам ночи после упорных упражнений у меня стало получаться сохранять равновесие на одной ноге с закрытыми глазами по три-четыре минуты. Уже очень хорошо — в прежней жизни мог без проблем простоять минут пятнадцать, когда это требовалось в рамках наших упражнений, предписанных тренерами.

После этого спать я ложился в достаточно бодром настроении — в принципе, если дело в ближайшие дни дойдет до дуэли, то я буду готов. А если не дойдет, то завтра можно уже и в портал отправиться, погонять монстров. Не в самый серьезный, конечно, но и не в пустяковый.

Успокоившись, утром я отправился завтракать со всеми в столовую. И, выходя после завтрака, обнаружил, что про меня не забыли. Кто-то сильно толкнул меня в давке у дверей, когда поток студентов выходил, спеша на первую лекцию. А когда я обернулся, плотно сбитый парень чуть ниже меня ростом заявил:

— Чего это ты толкаешься, думаешь, самый важный тут? Так я возьмусь исправить твое представление об этом!

— Да, я согласен! — радостно улыбаясь, сказал я, глядя в его лицо.

— С чем? — спросил тот удивленно, видимо, ожидая от меня какой-то другой реакции. Может, нужно было, с его точки зрения, кричать, что это он меня толкнул, или что я действительно тут самый важный. Не знаю, мне до его представлений о нужной реакции дела не было.

— С нашей дуэлью, конечно! — продолжая улыбаться, сказал я. — К кому я должен прислать секунданта? Сразу скажу, что согласен биться только до смерти!

— Да ты псих, парень! — сказал неизвестный и быстро исчез.

Ну и дела! Я был полностью уверен, что это нанятый убийца, а оказалось, что просто случайно столкнулись в давке. Неизвестно, до чего бы дошло дело при другом сценарии, но мой решительный настрой отбил охоту скандалить дальше у этого студента, и он предпочел свалить.