— А ты бы пошла? — внезапно спросил Ирв. — Стала бы госпожой Фесс?
— Серьезно спрашиваешь?
Я замерла и уставилась на него, а Ирвин вдруг отстранился, вытащил из внутреннего кармана кольцо и протянул мне.
— Габриэлла Ланн, ты станешь моей женой перед богами и людьми? Обещаю любить тебя и заботиться столько, сколько мне отмеряно.
На языке вертелось привычное «ай», но я проглотила его и прикусила губу от волнения. Все слишком внезапно. Не могу так. Или могу? Ведь свадьба — столько подготовки, волнений, разговоров с родней… Причем с моей, у Ирва же никого.
— Если поженимся прямо сейчас, — выпалила я. Знаю, насколько он не любит внезапные решения и действия, поэтому наверняка откажется. Или не откажется, и тогда уже сегодня моя жизнь круто изменится.
— Давай.
Он согласился и взял меня за руку. Я крепче сжала его пальцы и улыбнулась. А дальше мы сделали первый шаг к скучающему вдалеке жрецу.
Тот не пылал энтузиазмом и говорил положенные слова без лишних эмоций, но мне было плевать. Как и на отсутствие подходящего платья и прочих атрибутов. Вместо родственников с нами стояли Брегг и Лестер, который бухтел себе под нос и жевал бутерброд. Не от Густава, что я непременно ему припомню!
Но позже. Сейчас меня охватило какое-то шальное ликование, хотелось кричать о том, как счастлива. И одновременно сжаться в комок, потому что до сих пор не верила в происходящее.
Вот напутствия жреца закончились, Ирв повернулся ко мне, повторил слова своей клятвы, и в камне на моем кольце зажегся магический огонек, который волновал куда больше, чем немаленький сапфир редкого оттенка.
Дальше мы поцеловались, Брегг и Лестер выдали свою порцию шутливых наставлений для новобрачных, а жрец торопливо заполнил и протянул Ирвину бумагу о регистрации нашего брака.
Габриэлла Фесс. Теперь официально и честно. Я и не думала вдруг стать замужней госпожой и пока не знала, как к этому относиться. Слишком сложное сочетание безграничного счастья и тревоги перед будущим. Перед грядущей ночью, точнее. Тревоги и предвкушения. Ай, не могу! Перебор чувств для моего сердца, от чего оно так и норовит выпрыгнуть из груди.
Брегг и Лестер поздравили нас, как и какие-то зеваки, проходившие мимо. Я не слушала их и не обращала внимания, потому что мой мир вдруг стал нереальным и зыбким. Но Ирвин крепко держал меня за руку и не отпускал. Еще — улыбался и смотрел так, что подгибались колени.
На пороге аптеки Ирв взял меня на руки и отнес внутрь, а дверь перед нами открыл Лестер. После чего исчез, прихватив Брегг, за что ему непременно скажу спасибо. Вот здесь повел себя как настоящий друг.