Бринс дослушал его, открыл рот, собираясь что-то сказать, затем резко закрыл и стиснул челюсти. Молча взял оставленный Риго рецепт и ушел. Когда вернулся, выставил флаконы перед Ирвином и все же выдавил.
— Невозможный ты человек, даже болеешь невовремя! А все из-за кофе твоего! Вот пил бы чай, как все нормальные люди, не грохнулся бы без чувств.
— Сам же подливал и подливал из кофейника. Ладно, забудем. Считай, что получил повышение.
— Ух, наконец-то развернусь! Кремы, подарочные наборы, вывеска, зазывалы…
Слушая его список, Ирвин все больше напрягался, но старался не подавать виду. Бринс — разумный парень, наверняка часть его великих идей отвалится, когда дело дойдет до исполнения. А не отвалится — так даже интересно, что он собрался продавать с зазывалой.
Глава 21
Я еще никогда не оставалась за главную. Всегда были сестры, матушка, Дилан… Они говорили: Бри мелкая, Бри глупая, Бри постоянно влипает в неприятности, она не справится, за ней нужен присмотр. Ирвин же без сомнений взял и доверил мне аптеку. Куда бы ему деваться, но мог и закрыть на денек-другой, а не передавать мне руководство.
Не мне доверил, конечно, а Бринсу. Я вздохнула и перевернулась на другой бок, подпихнув подушку под щеку. Габриэллу он планировал отдать страже, а потом решил невовремя потерять сознание. Вот оправится — сразу все ему и выложу.
Я множество раз представляла, как останусь главной в нашей лавочке хотя бы на день. Красиво расставлю товар, переделаю ценники, наконец-то организую кассу и буду абсолютно счастливой и довольной. Казалось, легко справлюсь с такой работой. По итогу не спала большую часть ночи.
Что я буду делать с целой аптекой? Как? Почему вообще ввязалась в эту авантюру?
Встала за час до рассвета и отправилась в торговый зал. Вымыла там полы и до блеска натерла витрину, потому что чистота располагает покупателей заходить снова. Накапала аромамасел в лампу. Немного цитрусов, мяты и цветов, чтобы получился легкий и ненавязчивый запах, не навевающий мыслей о лекарствах. После чего переставила пузырьки. Посмотрела со стороны, переставила еще раз. Выложила на прилавок наши самые ходовые зелья и написала к ним завлекательных табличек.
Осмотрела их, подумала и отнесла Ирвину на проверку. Быть ближе к народу — здорово, но и грамотных жителей в столице хватает. Вдруг ошибки их испугают? В духе: если не может правильно два слова написать, то как же он смешивает нам целебные порошки?
Аптекарь безмятежно спал, раскинувшись на своей кровати. Я вначале привычно смутилась и отвела взгляд, затем отругала себя за это, (все же Бринс — парень не из робких, да и что он, мужских торсов не видел?) и разбудила начальника. Тот сонно прищурился, осторожно потянулся и забрал мои таблички, после чего тяжело вздохнул.