Искушённый заметил. В гражданскую войну рядом с Троцким было много тише, чем теперь. Не требовались тогда Льву Давидовичу внешние признаки напряженной работы. Хотя… Иногда и требовались.

В приёмной сидели трое, но Сулико Лазаревна при виде Арехина кивнула ему, как своему, и показала на дверь в кабинет, мол, входи, не стесняйся. Обычно секретарша была менее приветлива.

Арехин прошёл под взгляды ожидающих, не то завистливые, не то сочувствующие.

В кабинете Лев Давидович проводил совещание с дюжиной ответработников неопределённого профиля. Оглянувшись на Арехина, он махнул рукой, погоди, товарищ, закругляюсь. Остальные на Арехина не оглядывались, смотрели только на Троцкого.

— Трудовое воспитание следует начинать как можно раньше, — горячилась молодая девушка. — Лет с двенадцати.

— В деревне с пяти лет все при деле, — ответил ей пожилой человек профессорского вида.

— В деревне труд индивидуальный, а мы говорим о труде коллективном.

— В общем, товарищи, нам есть о чём подумать. Позвольте на этом считать заседание завершенным.

— А резолюция…– возразила девушка.

— Вот вам я и предлагаю подготовить проект резолюции и представить на обсуждение, скажем, часа через полтора. Председателям комиссий явка обязательна. Все свободны.

Дисциплину Троцкий держал на высоте: через минуту кабинет опустел.

— Казалось бы пустяк, детские трудовые отряды, но из семечек вырастают дубы, — сказал Троцкий Арехину вместо приветствия.

— Дубы вырастают из желудей, — возразил Арехин.

— То прежде. Сколько нужно лет, чтобы жёлудь превратился даже не в дуб, а в дубок? А нам нужно завтра, сегодня, а лучше вчера. Нет, семечки, только семечки и ничего, кроме семечек — таков сегодняшний лозунг. Жёлуди оставим до лучших времен, — Троцкий обошел стол заседаний, подошел к Арехину и, глядя в глаза, пожал руку. — Значит, Ильич поручил вам проверить чистоту нравов ближнего круга?

— Задача была поставлена иначе, — ответил Арехин.

— Ну ещё бы. Владимир Ильич мастер ставить задачи: решая основную, решишь ещё дюжину, и потом думаешь, а какая, собственно, была основная-то? Девицу освободить, змея убить, меч-кладенец в деле проверить, поле вспахать, царя в котле сварить? Так что же привело вас сюда, Александр Александрович?

— Рука рыболова, что ж ещё. Я кто? Я червячок на крючке, ну, живец. Мое дело хвостиком побойчее вертеть, или плавниками. И смотреть, кто меня первый съест.

— Значит, вы тоже думаете, что Ленин ищет преемника, — довольно усмехнулся Троцкий. — Вопрос лишь, зачем он его ищет.

— Это вне моей компетенции, — ответил Арехин. Лукавить с Троцким было бесполезно, тот видел на два аршина вглубь.