Максимус, наблюдая за тем, как к нему приближается маленькая тропинка, расхохотался, как безумец.

Базалес, атакуемый с разных сторон заклятиями, немного заволновался. Кажется, он переоценил свои возможности и оказался не столь эффективен против сразу восьмерки архимагов. Однако когда тропинка начала приближаться к Максимусу, от чего-то тоже расхохотался.

Я смог приблизиться на расстояние удара к Базалесу. К слову, я чувствовал присутствие Ардуила, томящегося в моем мече, но древнее божество не придало ему внимания. Видимо, Зириус не посчитал полубога хоть сколько-то важным персонажем, играющим роль в этой истории. Либо божество его попросту не увидело. Ведь, несмотря на свою мощь, Ардуил жаждал лишь только свободы и освобождения. А для этого ему нужно было выполнить простую функцию — победить моих врагов. И, к слову, справлялся он с этим довольно неплохо.

Носорог, что дал мне прекрасную защиту, так же не удостоился внимания рассказчика.

То и дело уворачиваясь от тугих жгутов, которыми Базалес пытался пронзить меня, я почти добрался до его первого щита и наотмашь рубанул наискось. Щит загудел, в нем появилась небольшая брешь. Я тут же запустил туда несколько струек песка, наделив их зачатками разума и приказав начать изнутри разрушать щит.

Дьявол на самом деле был очень силен. И битва эта, даже несмотря на божественную помощь, действительно была непредсказуемой и чем все закончится, сложно даже представить.

Наконец, Максимус перестал хохотать и взревел. Все его могучее тело перевилось металлическими жгутами брони его боевой формы. В руках архидесона вспыхнула красным светом здоровенная секира. Видимо, он откуда-то достал новое оружие.

— Мальчик посчитал, что он станет мужчиной, убив героев, что взращивали его. Но он продался слишком много раз, и к чему его это приведет, не знает сам.

Я ждал, куда ринется Максимус, но он так и остался на месте. Он лишь взглянул на Базалеса, потом на меня. Предполагаю, что на Базалеса напасть он напрямую не может, скорее всего, договор у них жесткий. И на меня он не сможет напасть. Что же он предпримет?

Максимус попросту взял и вонзил секиру перед собой, затем выставил вперед кулак, который вспыхнул ярко-красным светом. Он вскинул свою длань, а затем изо всех сил врезал прямо себе в морду. Тут даже я опешил. Вот же баран. Он что, решил сам себя убить, чтобы не выбирать между хозяевами?

Базалес, кажется, тоже слегка опешил. Потому как давление на меня явно ослабилось. Однако уже через секунду я услышал хохот, что исторгал дьявол, не переставая атаковать меня и других архимагов.