— Я не буду ходить вокруг да около, — произнес Ксанос. — Не знаю, чем закончится эта битва. Базалес, как мы все поняли, погиб, но спасен ли наш мир — неизвестно. От Лидиуса было четкое указание спасти наш мир от незваных гостей, — сказав это, он сделал паузу, снова поглядев на меня, затем на Лупицкого. — От всех гостей, — добавил он. — Император опасается, что к нам могут прийти новые захватчики. Я его опасения разделяю, но поднимать против вас оружие не хочу. Надеюсь, у нас не будет поводов для распрей, и вы просто уйдете после того, как это все закончится. Мы готовы были предоставлять нашу землю в качестве поля битвы, но не более. Ваших людей в нашем мире быть не должно.

Лупицкий пожал плечами.

— Я не политик, не мое дело решать кому что должно, — произнес он. — Этим пускай занимаются высоколобые бюрократы. Но ваш посыл я передам.

— И передай еще, что сражаться мы будем до последнего, как сражались против демонов.

— Приемлемо, — произнес Лупицкий. — Скажу честно, я думаю, это и так очевидно. Скажу лишь от себя. Мне ваши земли абсолютно не нужны, живите как хотите.

Ксанос кивнул Лупицкому, затем посмотрел на меня, не обделив вниманием, мою обрубленную руку.

— Я тебе благодарен, юноша. Хоть ты молод, но что-то с тобой всегда было не так. По крайней мере, благодаря тебе мы одержали эту победу, благодаря тебе продержались до этой битвы. Спасибо тебе. Даже немного сожалею, что мы больше не увидимся, если мы, конечно, правильно друг друга поняли. Ведь очень не хочется встречаться с тобой на разных сторонах баррикад.

Я лишь пожал плечами, ничего не ответив.

Ксанос развернулся и зашагал к своим. К слову, они почти все остались в живых, если не считать того синекожего воина. Видимо, именно им Зириус пожаловал удачу, иначе как еще объяснить такую живучесть.

К слову, что-то бог развлечений умолк и больше никак не комментировал происходящее. Однако сверху явно что-то происходило, потому что мужчина, который занял место Базалеса, вновь покрылся черной пеленой. Я думал, что он сейчас исчезнет, но нет, исчезать он не планировал.

Черное пятно вдруг стало опускаться и зависло ровно на том месте, где когда-то стоял поверженный Базалес. В следующий миг пятно стало разрастаться, пока вдруг не превратилось в огромного четырехметрового воина в черных доспехах. В руках он сжимал огромный меч. Мне сложно даже его охарактеризовать, это скорее была шпала, к которой зачем-то приделали рукоять и заточили.

— Бой окончен, — объявил он. — Больше нам нечего делить. Ваши миры мне не нужны. Я прикажу войскам оставить их. Вы заслужили покой и показали, что готовы биться.