— Простите, ваше высочество, но при чём здесь мой дед? Вы хотели рассказать что-то о Владиславе.

— Конечно, — кивнул князь.

Блеснув перстнями, он взял чашку с чаем и сделал бесшумный глоток. Так же тихо поставил чашку на стол и сказал:

— Я просто хотел обозначить, что мне известны все детали конфликта. Кое-что я видел лично, что-то знаю из первых рук. Просто вы должны понимать, что в этом аспекте от меня нечего скрывать. И я тоже ничего от вас утаивать не собираюсь.

— Тогда рассказывайте, — скрипнув зубами, сказал я.

Илья Романович недружелюбно прищурился, но потом приподнял уголки губ:

— Что ж, слушайте. Никита Молотов понятия не имел, кто его отец. Может, он и слышал про войну между княжествами, но ему наверняка скормили то же, что и широким массам.

— Что же?

— Князь Эспер Тарковский поднял мятеж.

— Ну да, — хмыкнул я. — Простите, что опять перебил. Продолжайте, княже, прошу вас. Так, получается, Молотов не знал о нашем родстве?

— Да. Но узнал благодаря Владу.

Теперь мы начали подходить к сути, и я весь обратился в слух. Даже будто дышать перестал.

— Должно быть, ваш отец Александр тоже скрывал от вас правду. Но, насколько мне известно, Владислав каким-то образом узнал о тайне происхождения князя Молотова. И сделал сомнительный вывод о том, что может получить трон Рязани.

— Каким образом? — удивился я.

— Очень просто. Он собирался убить Никиту, а затем объявить о родстве между семьями. Технически это бы дало Тарковским право претендовать на Рязанское княжество.

— С такими же намерениями и мой дед объявил войну, разве нет?

— Конечно, нет! — Грушецкий позволил себе смешок. — Он хотел, чтобы Никита занял трон. А ведь мальчика хотели выбросить из линии наследования как бастарда. А то и вовсе убить. Но Эспер Григорьевич добился своего.

— Подождите, — не понял я. — То есть, получается, войну он выиграл?

— В каком-то смысле да. Большую часть рязанской гвардии он разбил и даже смог отразить атаку имперских полков. После этого ваш дед провёл с государем переговоры, и всё стало как есть. Никиту сделали наследником Рязани, ну а Эспер Григорьевич сложил титул в пользу вашего отца.

— Как-то странно всё, — пробормотал я. — Дедушка добился цели, зачем тогда отправился в изгнание?

— Таково, должно быть, было условие императора. Он не мог позволить вашему деду оставаться князем. Можно радоваться, что весь род Тарковских не подвергся гонению.

— Вы правы, — сказал я. — Но мы опять отвлеклись от темы.

— Действительно. Но вы и сами прекрасно можете понять, к чему я веду.

— Владислав организовал покушение на Никиту?