— Официальная отмена изгнания, — он протянул мне бумаги. — В трёх экземплярах. Смотри внимательно, Эспер — здесь стоит моя личная печать и печать имперской канцелярии. Всё по закону.

— Вижу, — буркнул я.

— Уточняю, чтобы ты не вздумал сомневаться в моей честности. Я не пытаюсь тебя обмануть.

Я молча кивнул и прочитал текст помилования. Да, по праву изгнавшего меня князя Владислав отменял это самое изгнание. Отныне у меня и членов моей семьи не было никаких ограничений в передвижении.

С того момента, как я оставлю свою подпись на этом документе, род Терновских будет полностью свободен. Конечно, нельзя сказать, что мы до этого содержались в каком-то заключении. Но правила изгнания подразумевали, что изгоям запрещено появляться в княжествах.

Однако теперь всё было кончено.

— Теперь составим ещё кое-что, — сказал Влад, когда я всё подписал. — Чтобы ты был уверен, что это не какой-то хитрый план, я напишу… не знаю, как это назвать. Завещание? Короче, я объявлю тебя своим наследником.

— Нет необходимости, — пробормотал я. — Как ты верно заметил, я по крови следующий претендент.

— При условии, что Молотов не захватит титул, — пожал плечами Владислав. — Так что давай всё-таки напишу. Так нам с тобой будет спокойнее.

— Хорошо, — согласился я.

— Только ты должен понимать, что регистрировать эту бумагу мы пока не будем. Иначе у Никиты не останется сомнений, что мы с тобой на одной стороне.

Вот тут стоило напрячься. Без официальной регистрации в дворянской палате это «завещание» не будет иметь полной силы. Просто отмахнуться от него Влад не сможет, но и оспорить его будет возможно.

Уж с той юридической мощью, что есть у рода Тарковских, это будет достаточно легко сделать.

— Думаешь, он и без того не догадается? — спросил я. — Ты отменил изгнание, я скоро перееду в Смоленское княжество.

— Ну и что? Смоленск не мой официальный союзник.

— Зато неофициально очень даже. Сам знаешь, что прошлый князь встал на сторону нашего деда восемьдесят лет назад.

— Это так, — согласился Влад и усмехнулся, глядя на меня. — Всё-таки не веришь.

Это был не вопрос, но я всё же ответил:

— У меня есть причины.

— Нет у тебя никаких причин! — отрезал князь. — Я не рассказал тебе всей правды только потому, что мне было стыдно, — он поморщился. — Вот и всё. Но если я сделаю тебя наследником, это будет означать, что Молотову надо убить не только меня, но и тебя. Понимаешь?

— Прекрасно понимаю. Он и без того захочет меня убить. Всё-таки по крови я Тарковский, причём чистокровный. Могу легко оспорить его право на Москву. Я слишком опасен для Никиты, чтобы оставлять меня в живых.