— А что могут рассказать мои духи? — в глазах Грейс загорелся неподдельный интерес.

Калантия внимательно посмотрела на неё, словно сканируя.

— Нотки грейпфрута указывают на то, что ты бунтарка и многие правила не воспринимаешь всерьёз. Бергамот говорит, что хоть ты и кажешься глупой и доступной, мозги у тебя на месте и работают отлично. А вот лаванда... — она сделала паузу, — подсказывает мне, что ты ранимая и одинокая.

— Пффф, ерунда! — уверенно заявила Грейс, но голос предательски дрогнул. Она отвернулась к окну, делая вид, что рассматривает прохожих.

— Может быть, — мягко согласилась Калантия, не настаивая.

— Я не одинокая, — уже тише сказала Грейс, вглядываясь в уличную суету. — У меня есть семья и друзья.

— Ты про семью, которая не смотрит за тобой? Или про друзей, у которых на уме только травка, алкоголь и секс без обязательств? — Калантия произнесла это без осуждения, скорее с грустью. — Я думаю, ты такого не заслуживаешь.

Грейс резко обернулась. В её глазах мелькнуло что-то болезненное.

— А чего я заслуживаю?

— Человека, который позаботится о тебе. Кто будет ухаживать за тобой, как за цветком, требующим ласки и любви.

Грейс горько усмехнулась.

— Таких людей не существует.

— Здесь ты не права! — Калантия шагнула ближе. — Он есть. В наших мыслях и мечтах. Мы просто боимся его увидеть.

— Это не реально! Это сказки для наивных дурочек!

— Мысли материализуются, Грейс. Самое главное — верить и мечтать. — Калантия мягко обняла девушку, чувствуя, как та на мгновение замерла, а затем едва заметно расслабилась в её объятиях. — Уже поздно, тебе пора домой.

— Я не хочу! — честно призналась Грейс, и в этом признании слышалась почти детская беспомощность. — Не охота видеть лицо брата. Он терпеть не может мои выходки.

— Он о тебе заботится!

— О да! — Грейс резко отвернулась от окна. — Появившись дома раз в несколько лет?

— У него на это свои причины.

— Да, его бизнес!

— Все мы чем-то жертвуем, Грейс. Вопрос лишь в том, осознанно или нет.

— Чем пожертвовала ты, Калантия?

Вопрос прозвучал неожиданно остро. Калантия замялась, поправляя край сарафана.

— Я? — переспросила она неуверенно. — Уволилась с престижной работы. Бросила жениха, кафе, родителей...

— Ого, — только и выдохнула Грейс. — На это были причины?

— Был страх. И неизвестность, — Калантия опустилась в кресло, чувствуя внезапную усталость. — Наверное, я только сейчас понимаю, что не любила жениха. Просто боялась остаться одна.

— Ха-ха! — рассмеялась Грейс. — А ещё психологом работает!

— Знаешь, — Калантия посмотрела на неё с лёгкой улыбкой, — работать психологом трудно. Иногда проблемы чужих людей ты воспринимаешь как свои собственные. Пропускаешь через себя. И однажды понимаешь, что не знаешь, где заканчиваются они и начинаешься ты.