осчастливить семейными узами. Срочно! Потому что чувствовать себя спокойно рядом с условно прирученными и крайне непредсказуемыми, как обезьяна с гранатой, хищниками — невозможно. Этак и язву заработать можно. А с учетом их приторной до отвращения тьмы, ну прямо вонь с помойки кондитерской фабрики, диабет наживешь запросто. Молоко и что там еще за вредность выдавать придется в связи с тяжелыми условиями труда и угрозе здоровью. Даже очищенные от мрака Юлжен с Аршесом смотрели на малочисленных женщин слишком жадно, слишком голодно, слишком опасно. Мне уже и самой хотелось спрятаться на груди у Фрея, а ведь сначала я села на отдельный пуфик, задрав подбородок от прилива самостоятельности. Я продолжила «тереть за жизнь»: — Чем вы занимаетесь здесь? «Помимо разрушений миров» я оставила при себе. — Восстанавливаем утраченное, — словно прочитав мои мысли, ухмыльнулся Юлжен. Весело хмыкнул и Фрей, он-то точно чувствовал и знал, и догадался о моих думах однозначно. — А чем можно заняться мне? — натянуто улыбнулась я. — Чем захочешь, — пожал плечами Ирир. Затем добавил тоже с натянутой улыбкой: — Мы будем благодарны за помощь обитателям Оплота. В свободное время, конечно же. И по мере возможности. Я обернулась к Фрею и осторожно спросила: — Можно сейчас попробовать? Вдруг там, в зале перехода, был единичный случай под влиянием энергии Вайра… Мое личное чудовище мгновенно утратил расслабленный вид и показал истинную суть — напряженную, натянутую как тетива, жадную, которой дико сложно хоть чем-то поделиться. И буквально со скрежетом выдавил согласие. Я, не вставая с пуфика, сменила форму и поднялась над головами честной компании тучей, с удовольствием обозревая лица ошеломленных женщин и нетерпеливую надежду мужчин. Двух вчерашних просветленных я отмела, хорошего понемногу! А вот на остальных четверых взглянула с придирчивым прищуром. Ага, один из них черный-черный, почти как тот трехглавый Змей Горыныч в коридоре, на которого отреагировал сканер. Спикировав на Ройша, окутала его, распробовала и разобралась: конкретно этот вайр гораздо старше, чем выглядит, что проходил инициацию с мраком. Не родился с ним, как мой Фрей, Аршес и Юлжен, а принудительно сращивался. В итоге, в нем не тьма, а тот самый ледяной и омерзительный мрак, от которого знакомо затошнило. Очистив его, я отлетела подальше, отплевалась и, мутным взглядом оглядевшись, нашла рядом Фрея и сразу зависла на нем греться и заедать чужую гадость родной вкусняшкой. — Значит, разница между мраком и тьмой очевидна,