Еды мне не давали, так что вскоре я буквально ползала. А накануне захвата замка она меня провела, пообещав научить письменности. В итоге накачала мраком, который вы и ощутили во мне. — Ясно, — тряхнул головой Иор, будто отбрасывая сомнения. Наконец-то мы сели за стол. Несмотря на две пары изучающих глаз, я наслаждалась завтраком и комфортом. Тем, что сижу за столом как белый человек, ем обычными столовыми приборами любимый омлет с ломтем умопомрачительно пахнущего ноздреватого хлеба и даже пью горячий травяной напиток, похожий на чай. Жизнь налаживается! Уже третий раз за последние сутки мой живот радовался сытости, а сейчас еще и приятно согревался горячей едой. Я прямо чувствовала, как мой резерв щедро заполняется магией, она разливалась по рукам-ногам, достигая каждой клеточки моего тела. Ощущение, словно пузырьки шампанского бегут по сосудам, щекоча и вызывая радость. Фрей поел быстро, откинулся на спинку кресла и сверлил меня взглядом. Но еда, горячий чай, белая скатерть и вилка с ложкой способны на чудеса, к примеру, помочь игнорировать пристальное чужое внимание и наслаждаться тем, что имеется прямо сейчас. В конце концов, мне тоже есть на кого посмотреть — на чем-то забавлявшегося темного мага Иора с льдистыми, светло-голубыми глазами, лениво скользившими то по мне, то по другу. А вилку он держал между пальцами, покачивая, словно в любой момент готов воткнуть кому-то в глаз. Опасный мужик, рядом с ним мое нутро всегда напряженно сжималось. Еще полуголым торсом Фрея можно любоваться, ведь он остался в распахнутой рубашке. Его густые волосы неожиданно быстро высохли и в некотором беспорядке лежали на плечах, груди, свисали по спинке кресла. И периодически мой взгляд самовольно скользил по кроваво-красным блестящим гладким прядям. Откровенно говоря, мне никогда не нравились мужчины с длинными волосами, но почему-то Фрея с короткой стрижкой, как не старалась, представить не получалось. Он гармоничен таким как есть. И длина волос не умаляет его мужественности, скорее наоборот, усиливает. Сделав глоток травяного чая и откинувшись на спинку кресла, я напомнила, глядя в алые глаза напротив: — Зачем я вам все-таки нужна, господин Фрей? — Ты моя пара, — как ни в чем не бывало обронил он, отправив последний кусок хлеба в рот и смачно им захрустев. — Пара? В каком смысле? — нахмурилась я. А потом, вскинув на него оторопелый взгляд, хрипло уточнила: — Истинная? — Да, — усмехнулся он с очень, вот очень-очень нехорошей ухмылкой. Я вспомнила рассказ Элиана о понятии