Рядом с трактом располагались целых два поселка. Идти с нашей скоростью от одного до другого было около часа, так что мы решили проверить их оба — местные говорили, что караваны предпочитают останавливаться именно в них, а не на стоянках, так что вполне возможно, нам повезет. Тем более что до полной темноты оставалось еще около трех часов, и мы успевали побывать в обоих.

А мне впервые представился случай оценить жизнь простых людей, обитающих вне высоких каменных стен городов. Пятиметровые толстые бревна, вкопанные по периметру, платформы для стрелков и караульных наверху уже говорили сами за себя. У каждого на поясе обязательно имелся нож или другое оружие. Но люди не выглядели испуганными, забитыми или угнетенными — по улицам носились стайки визжащей детворы, вполне прилично одетой и обутой, группки стариков неторопливо попыхивали трубками (у кого они были) и обсуждали какие-то свои дела. Причем стариками этих крестьян можно было называть только из-за полностью белых шевелюр и бород, в остальном же они были вполне крепкими как телом, так и духом, никакого сравнения с тусклыми городскими толпами. Либо жизнь здесь не так тяжела, либо барон — отличный хозяин и не высасывает своих подданных до самого донышка, так что у них хватает не только на еду, но и на добротную одежду. Женщины тоже были более красивые, чем в Лирвене. Не все, конечно, но подавляющее большинство щеголяло румянцем на щеках и не жаловалось на худобу. Троши вообще предпочитают дам с ощутимыми достоинствами, а в сочетании с доставшейся от некроманта привычкой заглядываться на каждую юбку (штаны тоже подойдут) мне было сложно не обращать внимание на молодых девушек, которые, завидев новое лицо (да к тому же симпатичное — мы все такие), сразу начинали шушукаться и стрелять в меня заинтересованными взглядами. Викаэлки на это реагировали почти одинаково — хмурились и старались заслонить от чужих взоров, буквально взяв под конвой. А жаль, пока наемницы узнавали в таверне, не остановился ли там караван, я уж хотел познакомиться с одной прелестницей, чьи жаркие взгляды проигнорировал бы только мертвый. Не говоря уж о том, что ее формы выглядели под тонким платьем настолько впечатляюще, что те крохотные осколки от некроманта, еще остававшиеся не поглощенными, выли дурным голосом и буквально исходили слюной. В конечном итоге сопротивляться искушению оказалось куда сложнее, чем поддаться. Вот только, когда я сделал пару шагов в направлении девушки, меня взяли в клещи очень не вовремя появившиеся сестры и, подхватив под руки, начали болтать какую-то чушь, ненавязчиво увлекая прочь. После чего мы быстро покинули поселок и отправились к другому.