Положим, все, что хочу, я и так получу, тут не надо даже просить, а деньги магу всегда можно заработать, так что не велика потеря.

С трудом вздохнув, я даже не стал пытаться вырваться, во-первых — не получится, поскольку силы немного не равны, а во-вторых — ну кто будет по собственной воле отбиваться, когда его обнимает красивая (и что немаловажно — фигуристая) женщина. К тому же благодаря возросшим ментальным способностям, даровавшим возможность ощущать эмоции не только собратьев, но и обычных смертных, я наслаждался изливающейся на меня… нежностью? Кажется, именно так называется это чувство? Интересно, а как ощущаются от других сильные эмоции?

— Кхм, может, хватит обниматься? — недовольно кашлянула сбоку Авелия. — Кто-то тут вроде торопился?

Недовольно вздохнув, Миррива отпустила меня и, потрепав по голове, широко улыбнулась.

— Мы принимаем твое предложение, Зэл, тем более что другого столь же хорошего варианта у меня не имеется. — Сказав это, она повернулась к сотнице и сообщила: — Но это отнюдь не означает, что отбытие откладывается на завтра, так что бегом собираться.

Пожав плечами, я отправился в подвал — якоря-то все у меня, а вот управляющий артефакт все там же. А больше собирать и нечего — почти все в торбе и на мне. Надеть броню с кольчугой, пояс с оружием, плащ и можно выдвигаться. Собственно, так я и поступил, предварительно убрав статуэтку и якоря в торбу. И пока никто не беспокоил, сообщил Дохату, что вечером мы выходим из города.

«Отлично! Я так понимаю, твое предложение принято?»

«Да».

«Тогда я встречу вас у ворот».

«Зачем?» — удивился я.

«Провожу и кое-что презентую, раз уж теперь ты стал у нас началом».

«Дело твое, но ты же вроде был сильно занят?»

«Полчаса я найду, тем более просто так вас все равно сейчас не выпустят, поскольку ужесточилась проверка на воротах. А вы ведь потащите с собой гору барахла и пленниц?»

«Ну да, под „оковами вечности“ они не будут доставлять хлопот в пути, а жертвы пригодятся еще и до установки портального камня».

«Вот видишь, парни будут вас обыскивать, а потом задавать вопросы, проверять правдивость ответов и задержат на кучу времени, чего можно избежать одним моим присутствием».

«Тогда отказываться не буду, — весело ответил я, — а сейчас пойду помогать викаэлкам складывать вещи».

«При таком количестве женщин вокруг это будет настоящим подвигом», — ехидно предрек Дохат и оборвал связь.

К чему бы это он?

Всю правоту слов друга я осознал только тогда, когда попытался вмешаться в погрузку, выбивая угол в фургоне под пленных. Да, он большой, да, он широкий, все-таки торговцы перевозят много товара и в первую очередь им важна вместительность. Но это вовсе не значит, что в него можно запихивать гору любимых шкафов и тумбочек! Вместо того чтобы забрать с собой тюки необходимых вещей, викаэлки не придумали ничего лучше, чем просто загрузить мебель, куда все это сложено! А благодаря их силе ничего трудного в этом не было. В итоге к тому моменту, как все было собрано (выкинуть мебель мне не удалось) и погружено, включая три разобранные кровати, ковры, посуду и металлическую плиту, используемую для готовки (сама греется, забирая каплю силы у повара), не упоминая о всех личных вещах викаэлок, оказалось, что один ящер стронуть фургон с места не в состоянии, и пришлось искать дополнительную упряжь для второго. Повезло, что ранее у отряда фургон был и упряжка имелась сразу на двух ящеров. Тройка уже с легкостью справилась с поставленной задачей, но мне с сестрами пришлось ехать на месте возниц, поскольку наши животные оказались самыми выносливыми и сильными. Злосчастных пленниц мне поминали все время погрузки, а уж увидев, в каком состоянии они находились (точнее, виде), на меня смотрели как на предателя. Не все, конечно, поскольку командир и Авелия быстро все расставили по местам, но несколько неприятных минут я пережил.