— Вот, — раздался голос гримуара. — Уже лучше. Теперь удерживай это чувство и попробуй рассмотреть детали. Не просто светящийся шар, а структуру. Увидеть отдельные нити, из которых он соткан.
Я усилил концентрацию. Пот выступил на лбу. Это требовало чудовищного напряжения, но я увидел. Увидел, как ровное серо-стальное сияние распадается на мириады тончайших переплетенных волокон, которые вибрировали и пульсировали в едином сложном ритме.
Я продержался еще секунд десять, а потом с выдохом «выключил» зрение. Голова загудела, но уже не так сильно, как раньше. Усталость была, но она была… правильной. Как после хорошей тренировки в зале.
— Практикуйся каждый день, — закончил гримуар. — Чувствуй свою энергию. Контролируй ее. И тогда, возможно, из тебя выйдет что-то путное.
Я усмехнулся. Поблагодарив своего ворчливого учителя, я поднялся и подошел к кровати, после чего завалился на нее и перекатился на спину. Пошарив рукой по прикроватной тумбе, я нащупал телефон и подтянул его к себе.
— Та-а-а-ак… — протянул я, открывая «Импер-тьюб». — Со-ко-ли-на-я о-хо-та, — натыкал я пальцами и нажал на клавишу «поиска».
Глава 22
Поисковик выдал десятки роликов: от документальных фильмов Имперского Географического Общества до любительских съемок, где расфуфыренные аристократы с важным видом позировали с птицами на руках. Я открыл самый популярный — «Искусство соколиной охоты: традиции и современность».
Следующий час я, отложив гримуар, погрузился в изучение. Это было не просто развлечение. Это был сложный, почти ритуальный процесс, пропитанный вековыми традициями. Не просто «загнать зайца», как я себе представлял.
Все начиналось с подготовки. Специальная кожаная перчатка. Клобук, надеваемый на голову сокола. Сложная система ремешков и бубенчиков на лапах птицы. Особые команды, подаваемые голосом и жестами.
Сам сокол — не просто инструмент, а партнер, требующий уважения и понимания. Я смотрел, как сокольничий снимает с головы птицы миниатюрный кожаный колпачок, как та расправляет крылья и, повинуясь команде, взмывает в небо.
Это была целая наука. Искусство, требующее терпения, выдержки и глубокого понимания психологии хищной птицы. Участники охоты не просто скакали по полям. Они выстраивались в определенном порядке, общались условными знаками, работая как полноценный отряд.
Я отложил телефон и задумался. Одно дело — играть в карты или танцевать на приеме. Там можно было спрятаться за маской аристократической скуки. Но здесь… любое неверное движение, любой неуместный жест будет виден как на ладони. И если на лошадях я в своей прежней жизни в деревне у бабушки с дедом в детстве накатался и знал, как обходится со скакуном, то вот соколы…