Добежав до хозяйственных построек, мы встретили Мило и Ноя, которые выскочили из каретного сарая с такими же озабоченными лицами. В руках оба держали каменные фонари, что было очень кстати, потому что луна скрылась за облаками.

Братья-еноты бежали впереди и освещали каменистую дорожку. Как жаль, что у наших ног нет крыльев, чтобы мы могли побыстрее добраться до сарая!

Я особенно пожалел об этом, когда мы уже приблизились настолько, чтобы расслышать душераздирающие рыдания, доносящиеся оттуда, но находились ещё достаточно далеко, чтобы как-то помочь мальчику.

— Грег! — крикнул я, когда мы вчетвером навалились на дверь, пытаясь её открыть.

— Макс! — отозвался он. Необходимость поскорее добраться до парня сводила с ума, но это оказалось не так-то просто.

Постройка накренилась ещё больше, чем до этого, соответственно поехала и дверь, одним углом врезавшись в землю, поэтому открыть её стало очень проблематично. Ржавые петли заскрипели, поднялась пыль. Всё сооружение тряслось, словно карточный домик, который только и ждёт первого порыва ветра, чтобы рассыпаться.

— О пресвятая Богиня! Эта конура может развалиться в любую секунду! — запричитал Ной.

По ту сторону двери послышалось недовольное кряхтение и грохот. Точно! Там же помимо Грега находятся ещё и Кельвин с Томом!

— Мило, Ной, — прошипел от напряжения сквозь стиснутые зубы, пока мы вместе продолжали бороться с упрямой дверью. — Когда прорвёмся внутрь, возьмите на себя поросят, а я постараюсь найти Грега.

— А мне что делать? — спросила Рита.

И тут одна из дряхлых досок, к которой крепилась ручка, оторвалась. Точно! Мы не можем открыть дверь, но можем разобрать её на щепки!

— Обойди сарай и попробуй открыть заднюю дверь, — я дёргал старые доски, стараясь не обращать внимания на то, что в ладони впиваются занозы. — Кто знает, вдруг мы не сможем выйти через эту.

Моя жена ушла, ни сказав ни слова, а мы продолжили разбирать дверь.

Когда наконец образовался достаточно большой проём, я боком протиснулся в него и, обо что-то споткнувшись, ввалился в покосившийся сарай, тускло освещённый несколькими фонарями, прикреплёнными к стенам и свисающими с балок. Из-за того, что сарай снова скособочился, внутри царил хаос, и в самом его центре сидел никто иной, как Грег, всхлипывающий и держащийся за ногу, выгнутую под неестественным углом.

Вид мальчика вызывал жалость, но времени на утешения не оставалось. Постройка снова застонала, напоминая, что вот-вот рухнет.

Лишь благодаря стене, которую мы с Мило подлатали накануне, сарай ещё кое-как держался, но теперь конструкция наклонилась в другую сторону, как будто левая стена обиделась, что её обделили вниманием, и решила показать, на что способна.