— Что тут сказать? — пожал плечами и взъерошил его волосы. Ты уже прирос ко мне, как грибок. Фу, да от тебя так и пахнет!

Мои поддразнивания возымели желаемый эффект, мальчик рассмеялся и снова прижался ко мне головой.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты стал моим приёмным отцом, Макс, — сказал он. Напряжение как будто в одну секунду вылилось из него, уставшее тело начало расслабляться и обмякать. — Мне называть тебя папой?

— Ты можешь звать меня, как тебе удобно, дружище, — провёл рукой по его спутанным волосам и осторожно уложил на подушку.

Он лежал и обдумывал, что вообще произошло. Конечно, мальчику потребуется ещё много времени, чтобы понять, принять и поверить всему, что сейчас услышал. Это только придавало мне большей решимости делать всё, чтобы он наконец понял, я отвечаю за каждое своё слово.

Когда Грег наконец уснул. осторожно, чтобы не разбудить его, встал с кровати и подоткнул одеяло.

Получилась такая уютная, тёпленькая шаурма. Я позволил себе несколько минут постоять и полюбоваться умиротворяющей картиной, пока в моём сердце происходила перестановка, освобождающая побольше места для этого мальчика.

Мне показалось вполне естественным откинуть чёлку с лица Грега и чмокнуть его в лоб, чтобы завершить трансформацию.

Если мои чувства хоть немного похожи на отцовские, то беспокоиться о будущем точно не стоит. Мне даже захотелось, чтобы у нас с Ритой и Шелли поскорее появились свои дети.

Выбравшись наконец в коридор, удивился, увидев, что там не так пустынно, как могло быть в такой час.

— Что вы здесь делаете? — спросил обеих своих жён. Они стояли за дверью в спальню Грега, прислонившись к стене.

— Я проснулась, чувствуя себя намного лучше, и захотела найти вас, тихо сказала Шелли. — Вышла из комнаты как раз в тот момент, когда Рита входила в неё. И поскольку моя лодыжка уже почти не болит, мы решили прогуляться и подождать тебя.

— О, — довольно улыбнулся. — Рад слышать, что тебе лучше.

— Макс… — выдохнула вторая жена, внезапно обхватив моё лицо обеими руками и пристально посмотрев в глаза. — Мы слышали, что ты сказал Грегу.

— О… — я не нашёлся, что сказать, только потёр грудь ладонью, там зарождалось какое-то ранее неведомое тепло.

Да никаких слов и не требовалось! Улыбнулся шире, несмотря на то, что щипало глаза от подступающих слёз, которые зажгли только сильнее, когда в моих объятиях оказались обе любимые женщины.

— Позволь нам позаботиться о тебе, муж, — жарко прошептала Шелли, и мы втроём пошли в нашу спальню этажом выше, где разделись, помогая друг другу.

Как же приятно ощущать прикосновения обнажённой кожи к коже!