— Не удивлюсь, если Совет решит прибрать его к рукам сразу же, как только они обсудят все показания по делу Сета, — она легко поднялась сама и, что удивительно, протянула мне руку, помогая встать. — Мне известно, что ты хочешь что-то найти в его стенах и планируешь отправиться туда до того, как поместье уплывет у тебя из-под носа. Я бы хотела пойти с тобой и Сетом. И, думаю, нам стоит взять с собой мою сестру, Аду, возможно, она тоже сможет что-то почувствовать.

— Хорошо, — вздохнул я. Мне и правда проще было согласиться, чем вступать в долгие дебаты. Пусть лучше идет с нами, под присмотром, а то еще, чего доброго, у нее хватит смелости — или безрассудства — прогуляться туда в одиночку. — Думаю, мы можем поехать туда завтра. И ты права насчет Совета. Они точно очень заинтересованы поместьем Дастина, только вот по какой причине — для меня пока загадка. Так что чем скорее мы туда сунемся, тем лучше.

— Я знаю, у моего брата тоже есть какие-то подозрения, но он никогда не расскажет мне о них, — сказала Иди, недовольно сморщив свой симпатичный носик. — Он временами опекает нас с Адой чересчур сильно. Прямо как клуша цыплят.

— Не волнуйся, дело не в тебе, — фыркнул я, когда мы наконец направились обратно к дому. — Он и мне ничего не говорит. Секретный агент, не иначе. Штирлиц наш.

— Да, он всегда был искусным стратегом. Говорит, что никогда нельзя раскрывать все карты раньше времени, — она картинно закатила глаза. — Хотя его версия того, когда именно наступает это «время», сильно отличается от мнения большинства людей, это точно.

— Да уж, я тоже это заметил, — усмехнулся я. Но тут же осекся: Иди, вместо того чтобы идти к дому, неожиданно свернула налево, в сторону леса. — Эй, ты куда собралась? Дом-то в другой стороне.

— О, я в курсе, — как-то даже легкомысленно бросила она через плечо. — Но я не иду в дом. Мне нужно на боевую арену, хочу посмотреть еще кое-что.

— Сейчас? — Я с немалым сомнением покосился на темную лесную чащу, куда она так бодро направилась. Темень там стояла — глаз выколи, только луна да звезды кое-как пробивались сквозь ветки. И через эту жуть ей предстояло бы пробираться. — Посреди ночи? Одна?

— Мне обычно хватает пары часов сна, — отмахнулась она, будто я про её усталость беспокоился, а не про то, что её там сожрать могут.

— Я не это имел в виду, — я шагнул к ней и осторожно, стараясь не спугнуть, выпутал маленький фиолетовый листик, запутавшийся в ее темных волосах. Протянул ей. — Ты не можешь вот так гулять одна ночью, это просто опасно. Мало ли кто или что тут шастает.