Подумал, что все становится более жизненно — недавняя идеальная картинка окружения уже ушла, приобретая черты повседневности. Постепенно пропадало впечатление, что в сказку попал и стоит только щелкнуть пальцами, как из кустов выберутся спрятавшиеся операторы и режиссеры масштабного реалити-шоу. Мир вокруг обретал настоящую реальность восприятия.

— Все спокойно?

— Да, — не очень уверенно ответил Кэррион.

— Но? — переспросил я.

— Кирилл пытался сбежать.

— И?

— Потом передумал. Их с Элеонорой перевозили в разных каютах, у каждой по бойцу в карауле. Из моих, — добавил Кэррион явно с неохотой. — Элеонора улыбнулась одному особо одаренному и позвала к себе, обещая показать кое-что интересное. Он зашел и получил незабываемый опыт, в процессе лишившись ключей и сознания. Потом Элеонора освободила Кирилла — в процессе сознания лишился второй караульный, только уже без незабываемого опыта.

— Она с ним, что… — заговорила Эрика.

— Нет, первому просто грудь дала потрогать, там у него свет и выключился. Второй даже потрогать не успел, сразу отлетел. В общем, они закрыли обоих в своих каютах, а Кирилл переоделся в доспехи и погулял по кораблю. Сходил даже поужинал, потом подошел ко мне на капитанском мостике и рассказал, как ему удалось освободиться.

— А ты?

— Посадил всех троих обратно, ждут тебя.

— Третий кто?

— Мой гениальный боец с незабываемым опытом, — Кэррион произнес это так, что возникло впечатление, что незабываемый опыт кое у кого теперь только начинается.

— Ясно, с ним сам разберешься. Пойдем с Воропаевым поговорим, — посмотрел я на Эрику.

Верховная жрица осталась на месте, причем с таким взглядом и с таким лицом — глядя в пространство прямо перед собой, что Кэррион счел за лучшее быстро ретироваться, сделав вид что вспомнил о неотложном деле.

— Обязательно было напоминать, что он Воропаев? — негромко поинтересовалась Эрика, по-прежнему на меня не глядя.

— Что-то не так?

— Он вообще-то мой отец.

— Он не твой отец.

— Что? — распахнула глаза Эрика, мгновенно изменившись в лице.

Когда я пьяный, пусть внешне это совсем не видно, у меня и мышление по-иному работает. На трезвую голову я бы с такого захода беседу не начал никогда, но сейчас — с большинством отключенных функций, в том числе чувством такта, логика общения у меня совсем по-другому работает.

— Кирилл Воропаев сумел попасть в ряды номенклатуры потому, что взял твою мать в жены, когда она уже была беременна.

— Откуда ты знаешь?

— Он мне сам сказал.

— Но ведь он именно мне оставил все наследство!

— В Олеге он разочаровался. А тебе оставил все потому, что рассчитывал на проснувшиеся амбиции Петра и Дарьи и зная — когда они придут к тебе ты поделишься, дав им возможности к возвышению.