— Получается, он все же их любит, — сделала Эрика неожиданный вывод. Что интересно, мне она сразу и полностью поверила, вообще не подвергая слова сомнению.

— Любил, — поправил я. — Кирилл Воропаев умер, а разговаривать мы сейчас будем с его эрзац-заменителем с ампутированной частью души, которая отвечала за человечность.

Или со сверхчеловеком, отбросившим все моральные ограничения — это смотря с какой доктрины оценивать случившееся, подумалось мне.

— Пойдем, — взял я за руку Эрику и повел за собой. По пути отдал приказания маячившему неподалеку Кэрриону — нам отчаливать скоро, пусть пока дирижабль готовят.

Кирилл Воропаев сидел в каюте на койке со скованными руками, ноги ремнями замотаны. Да, после побега, в котором он сам признался, такая избыточная реакция выглядит забавно. С другой стороны, кто знает чего от него ждать, может бдительность усыпляет, так что Кэррион правильно его спеленал так качественно.

Выглядел темный эльф совершенно невозмутимо, а когда привели Элеонору, взгляда на нее не кинул. Зато я осмотрел женщину — деловой костюм глобалов сменило длинное темно-зеленое платье без украшений, волосы собраны в строгий пучок. Лицо спокойное, взгляд цепкий — хотя в момент моего внимания стал слегка отстраненный.

— Рад видеть вас, господин Посланник, — вдруг произнес Воропаев, явно намекая на наш недавний разговор и мое высказанное желание взять его в отряд.

Отвечать я не стал. Эрика внимательно посмотрела сначала на темного эльфа, потом на Элеонору. В глазах верховной жрицы появилось белое сияние, но быстро угасло — видимо, богиня вмешалась, чтобы верховная жрица не наговорила лишнего. Не нравится мне это все больше и больше — как бы Эрика сама не стала как дитя леса, растворившись в подвластной ей природе. Или я просто слишком переживаю, а у нее просто новые возможности, которым радоваться нужно?

Заговорил я, когда стражи вышли, оставив в каюте только нас четверых.

— Кирилл, мое предложение остается в силе. Когда появится свободное место, войдешь в отряд Посланника.

— Добро.

— Мест в отряде по-прежнему нет, ориентировочно появится только через три месяца. Это время придется посидеть под стражей, чтобы не расстраивать никого из тех, кому ты успел сделать больно и печально, дабы не получить осложнений с нашими союзниками.

— Это понятно, мог бы не говорить.

Естественно понятно, ведь все только что мною сказанное было не для него, а для Эрики и Элеоноры — чтобы понимали, о чем дальше речь будет идти.

— Зачем ты тогда сбежал из-под стражи, раз понятно?

— Затем, что ты теперь знаешь об уровне подготовки своих рейнджеров.