— В принципе, я готов отпустить вас прямо сейчас, отправив на Землю или в один из других шести миров на выбор, — глядя на Элеонору, взял я Эрику за руку. — Но с одним условием.

— Каким?

— Мы сейчас отправимся в храм Элуны и заявим о проведении божьего суда, где вы заявите, что никоим образом не являлись координатором и организатором процессов, не стараясь стать серым кардиналом. Мы можем даже допустить, что у вас мелькали мысли воспользоваться ситуацией — тупостью Олега, недальновидностью Маргариты или ограниченностью Григория, получив себе наиболее выгодные условия в будущем. Главное мое условие освобождения — информация, что вы не являлись главной во всей созданной схеме.

— Как я могу доверять вашей богине?

— Творцы-основатели создали семь кругов, основываясь на принципах справедливости и неукоснительного выполнения правил. Отчего сами и выгребли — когда Система отстранила их от управления, когда они эти самые принципы нарушили, так что вероятность ошибки минимальна.

Разговор я сейчас вел в особой, пусть и странной для обычного трезвого восприятия логике, последовательно преследуя определенную цель. И Элеонора реагировала абсолютно так, как я и предполагал.

— Я готова подтвердить все вас интересующее на Земле под любыми препаратами и детекторами. Но в беспристрастность местной богини я не верю, хотя бы потому что я человек, а не эльф, — произнесла Элеонора, все же подняв глаза на Эрику.

— Я в свою очередь не верю вам.

Элеонора пожала плечами, поджав губы. Эрика тоже молчала, глаза по-прежнему то и дело поблескивали белым светом, а я посмотрел на Воропаева.

— Что скажешь?

— О чем?

— Можно ей доверять?

— Нет.

Элеонора медленно повернулась к темному эльфу, с трудом сохраняя самообладание. Она, как и Эрика, еще не до конца поняла кто такие ренегаты и воспринимала старшего Воропаева как прежнего человека, просто чуть-чуть изменившего внешность и ставшего более жестким в действиях и суждениях.

— Совсем нельзя доверять? — поинтересовался я.

— Ей можно доверять в пределах совпадения интересов, — пожал плечами темный эльф. — Она будет постоянно оценивать соотношение рисков и выгоды. Как только предательство станет выгоднее сотрудничества, сразу же предаст.

«Нет!» — буквально кричали глаза Элеоноры.

— Что с ней делать? — спросил я Кирилла.

— Убить.

— Может есть какие-то другие варианты?

— Есть, но в будущем они сулят серьезные проблемы — эта женщина опаснее гремучей змеи.

В комнате стало очень тихо. Элеонора безотрывно смотрела на Воропаева, медленно и с трудом сглотнула.

— Если ее сейчас убить, она возродится в одном из миров.