Что интересно, после момента возрождения магические способности аватара графа выросли многократно. Хотя, если быть предельно честным с самим собой, даже это нынешнее могущество было лишь жалким и весьма блеклым подобием тех практически безграничных сил, которыми когда-то давным-давно владел великий Асклепий.

Зато сейчас он был полностью удовлетворен своей жизнью.

У него было целых три прекрасные любовницы, каждая по-своему очаровательная, внушительное состояние, позволяющее не отказывать себе ни в чем, заслуженный авторитет и уважение как в магических кругах, так и в медицинском сообществе.

Все это было неизмеримо лучше того унылого существования в Призрачном Граде, где он провел столько времени. Да и вообще, если вдуматься, жизнь обычного смертного человека имела свои несомненные преимущества, которые он раньше недооценивал.

Он уже давно много раз пожалел о том, что его втянули тогда в этот роковой заговор против законного правителя. И самое главное, что больше всего задевало его самолюбие — то, что он послушал коварную Геру, которая буквально соблазнила его сладкими обещаниями и невероятными, просто фантастическими посулами власти и влияния. Он купился на ее слова как какой-то безмозглый и недалекий сатир, не способный думать ни о чем, кроме сиюминутных удовольствий.

А в результате всех этих интриг и манипуляций, став наконец-то долгожданной главой богов, она не смогла толком ничего сделать для их процветания и более того — стала практически главной виновницей печального положения дел: сейчас боги влачили жалкое и унизительное существование, в то время как на земле совершенно безнаказанно правили жалкие людишки, эти ничтожные смертные создания.

Асклепий был уверен в том, что будь могучий Зевс по-прежнему главой богов, то, скорее всего, вся история пошла бы совершенно по другому, более благоприятному для божественных сущностей пути.

Но, как часто бывает в жизни, что сделано, то сделано, и назад дороги уже нет. Именно поэтому он принял решение не обозначать свое возрождение в этом мире, скрывая истинную сущность.

С Аидовскими прихвостнями, стоящими во главе с той самой Герой, он совершенно не хотел иметь никаких дел, а вот с последователями свергнутого Зевса, увы и ах, вряд ли наладился бы какой-нибудь нормальный конструктивный диалог, особенно после того как созданный им смертельный яд безжалостно отправил в небытие могучего громовержца.

Но сегодня он внезапно почувствовал какую-то непонятную тревогу, змеей заползающую в душу.

Причем его просто не должны были вычислить — это было практически невозможно. Редкий артефакт сокрытия, который Асклепий постоянно носил при себе, был невероятно мощным магическим предметом: на то он и являлся богом врачевания с тысячелетним опытом, что сумел хитростью выманить его у одного нетрезвого бога взамен на чудодейственное зелье вечной мужской силы, в котором тот отчаянно нуждался.