От вкусной выпечки, мы с Валерием Евгеньевичем отказаться не могли. Поочерёдно пили чай, налитый из термоса шахматной расцветки. А в это время третий мастодонт техсостава — литовец Арнас — рассказывал нам о готовности опытного МиГ-29М с бортовым номером 153. Арнас отличался характерным прищуром на левый глаз и привычкой везде ходить со спичкой в зубах.
Вот такой интересный интернационал собрался за импровизированным столом — два русских, белорус, литовец, и дядя Вася, у которого вообще семья интересная.
— Василий, а ну расскажи, ты чьих будешь? — посмеялся Герман Геннадьевич, когда разговор зашёл за национальность.
— Да як его знамо! Мама с Донбасса, а папа — с Караганды. Так шо, простой советский техник, — посмеялся дядь Вася.
Вот такой он — Василий Сакенович Дуй.
Перекусив, мы пошли с Евгеньевичем к машине с бортовым номером 153. Она уже была полностью собрана под требования, которые предъявлялись в техническом задании. Мы с Меницким долго ходили вокруг МиГ-29М. Видно было, как он трепетно относится к детищу нашей фирмы.
— Главное, Сергей, будь внимателен. Я не могу заставлять тебя бороться за самолёт до конца. Это ты решаешь сам.
Странно начал разговор Валерий Евгеньевич.
— Всё в порядке. Я понимаю, какой это труд — создание новой машины. Много людей работают над тем, чтобы поднять её в воздух.
— Да. Только где, та самая грань, до которой можно дойти и не сдаться в борьбе за сохранность техники, — задумчиво сказал Меницкий, поглаживая самолёт в районе кромки наплыва перед левой консолью крыла.
Он смотрел на самолёт, будто это его ребёнок, чьего рождения он очень ждал. Он хочет мне что-то важное сказать, но пока тянет.
— Этот борт готов к показу. Мы всё проверили, Валерий Евгеньевич. Инженера уверены в нём.
— Вот и я уверен. Поэтому у тебя и не составляет труда выполнять на нём сложный пилотаж. Я даже так не могу, как это делаешь ты, — улыбнулся он.
— Вы мне льстите. Сейчас зазнаюсь, — посмеялся я.
— Неа. У тебя не получится. Эту машину должен был показывать Александр Васильевич, но состояние его здоровья не позволяет ему это сделать.
Федотов после катапультирования в августе этого года тяжело восстанавливался. До сих пор не приступил к полётам. Возможно, и не приступит уже.
— Тогда вам нужно будет это сделать. Вы это заслужили.
— Тут уже вопрос не заслуг, а умений. И в пилотаже лучше тебя я никого не видел. Поэтому, МиГ-29М представишь ты.
Глава 25
Показалось, что я ослышался. Представлять новую технику обычно дают право только старшим лётчикам фирмы.
— Удивлён? — улыбнулся Меницкий.