Их естество — вот что наиболее омерзительно! Вечный, отупляющий голод борется с таким же вечным, липким страхом смерти. Они с безумной радостью жрут тех, кто слабее, но так боятся сильных, что готовы добровольно оторвать от себя огромный кусок и отдать его, лишь бы остаться в живых.

Но мужики молодцы! Всего двое из них мгновенно проблевались от вида этой мерзости, а вот оставшиеся трое открыли беспорядочный огонь из автоматов по твари.

Пули не причиняли духу совершенно никакого вреда, и мерзкий уродец вмиг добрался до них, без проблем пройдя сквозь кованые ворота. Резкие удары искажённых лап и щупалец вышибали дух из тел в буквальном смысле, а вечно голодные пасти хватали бессмертные души людей, сотканные из тончайших нитей. Однако я жёстко запретил ему жрать их, ибо нечего мне тут эволюционировать во что попало…

— Шишкин, выходи подлый трус! — заорал я во всё горло по одной простой причине — ворота сломать я не мог. Ну нет в этом теле пока нужной силы, а кормить собственной кровью духа, чтобы он мог влиять на материальный мир — тупо.

Эх, надо было ворота на такси таранить…

О, к нам уже бегут человеки с автоматами наперевес и острым желанием наделать в нас лишних дырок. Можно конечно отправить потустороннего уродца прямо сквозь стены дома и предоставить ему возможность быстренько убить там всех живых самостоятельно, но беда в том, что жёсткий контроль возможен только в прямой видимости. Сам по себе он там нажрётся плоти и душ, станет сильнее, а потом решит, что меня тоже можно схарчить.

— Бежим! — я схватил девку за руку и стартанул в редколесье.

— Ты чего⁈ — возмутилась она и попыталась вырваться, но я держал крепко.

Охрана повела себя именно так, как я и планировал — открыла ворота и бросилась в погоню, видимо уверовав в силу оружия и не смутившись трупами своих коллег. Моя, невидимая для них, тварь резко развернулась и бросилась в атаку, в мгновение ока отделив хрустальные души от тел и отправив их в великий поток перерождения.

Автоматические ворота закрылись.

— Да вашу мать! — чертыхнулся я и пошёл обыскивать тела.

Гранат не нашёл, поэтому подхватил автомат, сменные магазины и дал предупредительную очередь по окнам, в которых виднелись встревоженные лица. Лица спрятались и всё замерло.

Наконец из особняка выскочили трое. Два мужика в годах и парень лет девятнадцати.

Пока мужики, обёрнутые в какую-то бронированную, мелко-мерзкую дрянь мчались к нам, парень замер на месте и сделал жест, будто бил верёвкой по земле. Я оттолкнул Алёнку в одну сторону, а сам отпрыгнул в другую. Почву между нами искорёжило длинной бороздой, идущей от ног парня, которую проделал длинный язык, усеянный глазами и шипами. Сам дух больше напоминал лягушачью голову на коротких ножках, только с тремя беззубыми ртами.