Если бы местные видели и чувствовали то же, что и я, то хрена бы лысого они использовали этих духов. Сейчас глава рода был един душой с окутавшей его огромной сизой фрикаделькой с длинными тентаклями, которые оканчивались острыми костяными клинками. Две сотни глаз, пять зубастых пастей на боках и непрерывно возникающие и лопающиеся вонючим гноем наросты. Красота же? А запах, м-м-м!

Моя тварь, подвывая от ужаса, набросилась на врага и вцепилась в атаковавшие нас щупальца. Шишкин нахмурился, когда понял, что с нами ничего не произошло и повторил жест. Ещё раз. И ещё!

Он напоминал бородатого каратиста на тренировке. Только лицо не сосредоточенное, как положено, а растерянное. Наконец он прекратил попытки и воззрился на меня со смесью страха и неверия.

А мерзотному колобку было не до приказов человечка, ведь он пытался сожрать более слабого собрата. Но у моей твари было преимущество в лице моего тактического гения и она ловко маневрировала, с каждой секундой приобретая всё больше и больше уверенности в собственных силах.

— Закончил? — криво усмехнулся я. — Бери эту пигалицу в жёны и зароем топор войны. В противном случае зарыть придётся тебя.

— Но я не хочу! — возмутилась Алёнка, гневно сверкая глазами.

— Тебя вообще не спросили! — отрезал я и схватил её за руку, с твёрдым намерением всучить её этому бородачу в качестве невесты.

ОНА НЕ ХОЧЕТ!

Меня вновь скрутило. Дважды. Сперва, из-за отвращения к подлой женской солидарности, а потом и от невыносимой боли, швырнувшей меня прямо к ногам Шишкина.

— Мира, сука! Овца ты бесконечности! Да срать я хотел на её хотелки, этого не было в контракте! — орал я, забрызгивая окружение кровавой пеной изо рта.

Шишкин же решил воспользоваться удачным моментом и на всякий случай раздавить мне лицо. Зря он так.

Несмотря на боль и судороги, я ухватился за его ногу, чуть выше носка там, где была голая кожа и изгнал своего духа. Вместе с его духом. И его душой. Безжизненное тело обмякло и повалилось рядом. Боль медленно пошла на спад. А пока я корчился в муках, долбанные твари быстренько сожрали душу Шишкина.

— Мира, ещё раз такая херня повторится и я тебя опять выдеру! — прошептал я в небеса, сплёвывая кровь.

— Кто такая Мира? — с интересом спросила вредная сучка, садясь на меня сверху и елозя бёдрами.

— Блядское мироздание, — тихо ответил я, устало прикрывая глаза и содроганием пытаясь забыть, как два мерзотных духа одновременно коснулись моей души, фактически облизывая её. Двойное проникновение, мать его… — Слезь с меня!

— Ты победил! Род Шишкиных полностью уничтожен, — прошептала она мне на ухо и лизнула его.