матери. Она будет работать, будет делать все возможное, не щадя ни себя, ни других, она справится… Зачем? Этим вопросом княжна никогда не задавалась. Что значит – зачем? Чтобы ее дети жили, чтобы дарили ей внуков, чтобы видели над собой мирное синее небо, чтобы никогда не плакали матери, чтобы не было на земле очередного Ига… Любая женщина легко ответит на этот вопрос. Правда, не любая согласится отдать всю жизнь на его решение, не любую будут готовить малым не с колыбели, как она сейчас готовит свою дочь. Медленно, исподволь, как ее саму готовила мать. Княжна Елена знала, что у нее никогда не будет свободного времени, что ее ждет работа, грязная, черная, каторжная, но все же она была счастлива. И благодарна своей матери за выбор, за воспитание. Когда-нибудь так же е саму поблагодарит дочь. А если нет… Найдется та, кто встанет за троном, в его тени. Нельзя мужчинам одним править государством. Грозная сила должна уравновешиваться женской хитростью, жестокость – мягкостью, бескомпромиссность – изворотливостью. Но и одна женщина не справится, потому что не знает меры там, где речь идет о любви. И в этом ее сдержит Саша. А вместе они – сила. Каблучки княжны стучали по коридорам Кремля, и казалось, что тени разбегаются по углам от уверенного звона серебряных подковок. И кому-то могло показаться, что грустно смотрят на потомков предки, и поднимают благословляющим жестом руки… Бог в помощь, дети. Делайте, и не оглядывайтесь, а мы встанем за вашей спиной. Это ведь мы вас сделали – такими. Мы – ваше прошлое, а вы – наше будущее. Будьте счастливы, родные… 1729 год – Алешка! Ну как тебя так угораздило! Софья гневно смотрела на брата. – Не… кха! Кха!!! Поберег… кхся!!! Алексей кашлял так, что едва мог дышать. – Бессовестный! – Уж прости, Сонюшка. – Думаешь, я не знаю, что это ты нарочно? Чтобы одному не оставаться?! Алексей кое-как выдавил из себя улыбку. Увы… возраст дал о себе знать. Возраст, потеря любимой жены, усталость… Все навалилось вдруг и сразу, и Алексей почувствовал боль в сердце. Укол, второй… и вот беда. Софья вроде бы держалась, но Алексей понимал – она его надолго не переживет. Из Кремля мчался Александр, надеясь застать отца в живых, бушевала за окном буря, а брат и сестра сидели рядом, смотрели друг другу в глаза – и вспоминали. И в этот миг их мысли, чувства, воспоминания – все было общим. Момент беспредельной ясности. Вот мальчик слушает сказку. А рядом девочка играет в наперстки. Три наперстка кручу, бусину найти хочу… Мальчик соскакивает с рук няньки