побои и боль. Хочу умереть. Почему я не умерла? — Мы исцелили тебя. — Разве лисы на это способны? — Да. Наша кровь такая же целительная для вампиров, как и их для нас, если мы не настроены убивать. — Что же мне теперь делать? Зачем жить? Домой мне нельзя. Я — кровожадный монстр. — Останься с нами. — Я должна буду стать лисой — оборотнем? — Нет, это невозможно. Мы не обращённые как вампиры. Мы такими — рождаемся. Вампиры, укушенные нами — лисами не становятся, а отравляются, долго мучаются, потом умирают даже как бессмертные. Человек может стать лисом, и то не всегда. — Ясно. Колин может прийти за мной. Вы рискуете, укрывая меня. — Вампир не рискнёт войти в наш лес. Тут ты в безопасности. Он же не дурак, чтобы из–за шлюхи ринуться в самое пекло. — Колин точно не дурак, но что–то мне подсказывает, что он придёт за мной. — Почему ты так думаешь? — Он не отдаст свою игрушку, которую отимел как хотел и наслаждался моими криками и унижением. — Много же ты уже пережила с ним. — По дням мало, а по событиям прошла ад. — Ладно, кушать хочешь? — Нет, я сытая. — Выпила кровь человека? — Уже четверых. — Ясно, как вам надо питаться? — Насколько я поняла не часто. Человеческая кровь нас насыщает надолго. — Мы принесём тебе человека, когда ты проголодаешься. Это не проблема. — Вы тоже питаетесь кровью людей? — Мы питаемся любыми живыми существами, включая и людей. Владислава легла, пытаясь уснуть, однако хаотичные мысли не давали покоя. Страх сжимал даже мёртвое сердце. «Он точно придёт за мной. Что же делать?» Лисы вышли из хибары и убежали на пригорок. — Гон, когда ты её поделишь между нами? — Дайте ей время успокоиться. Мясо после того разврата, что она прошла не вкусное. Грязная сука. — Я еле сдержался, чтобы не кинуться перегрызть ей глотку. — Да, сладенькая вампирша. Пусть пару дней отойдёт, потом загрызу, и мы её поделим. — Сердце отнесём вожаку. Он обожает сердца вампиров. Лисы махнули пушистыми хвостами и разбежались. Колин, чувствуя безумную боль от её укуса, потерял траекторию полёта и начал кубарем падать. — Сука! Найду, убью! Перед глазами мелькнул лес. — Твою мать. Это же лисий лес. Врезался в крону ёлки, поцарапался в хлам и упал на землю, тоже сильно забившись об ветки. Глаза закрылись от боли укуса и падения. «Я не должен здесь потерять сознание, меня же сожрут поганые лисы. Где эта тварь? Убью!» — однако, удержаться от потери сознания не смог. Лисы, как обычно, рыскали по лесу в поисках добычи и заметили вампира. — Какая удача! Второй вампирюга! — Так это,