Я даже близко не представлял, насколько сложно ей было переступить через себя и озвучить эти признания, но прямоту оценил. Поэтому ответил в том же ключе. Естественно, с расчетом на то, что целительница «слушает» меня еще и черезщуп :

— Маш, я вырос в тепличных условиях, социализировался среди вояк и «туристов», не являюсь большим специалистом по женской логике и, если верить Язве, неправильно интерпретирую чуть ли не девяносто процентов ваших взглядов, жестов и невербальных признаков симпатии. Поэтому ты со спокойной душой отказываешься от «лишних телодвижений», мешающих чувствовать себя счастливой, а я принимаю предложенный тобой вариант общения, как должное.

— Боишься меня обидеть или разочаровать? — на всякий случай спросила она, хотя наверняка понимала, что правильно интерпретировала мои эмоции. А после того, как получила утвердительный ответ, перебралась на колени, устроилась поудобнее, поймала мой взгляд и как-то странно усмехнулась: — Будешь смеяться, но я чувствую себя обманутой: приняла самое роскошное предложение на свете, воспользовалась им, а вожделенного резонанса нет и не будет почти два часа. Хотя у тебя, Язвы и Бестии он появляется за каких-то тринадцать минут!

— Настолько большая разница в ощущениях? — удивился я, приобняв ее за талию.

Целительница накрыла мою руку своей ладошкой и вздохнула:

— Если представить тройной резонанс, как кровать с водным матрасом и подогревом, то одиночный ощущается, как пол, «для мягкости» накрытый простыней, а обычное состояние — как склон, усыпанный крупным гравием. Или болото в конце осени и под проливным дождем.

— У-у-у, как страшно ты, оказывается, мучалась! — посочувствовал я, чтобы переключить беседу в более комфортное русло. И практически сразу добился желаемого:

— Ага! И вот-вот продолжу. Ибо на командирское кресло «Тарана» не получится втиснуться даже вдвоем. А значит, я буду изображать оператора артефактного комплекса и тихо ненавидеть инженеров-проектировщиков, не подумавших о том, что членам экипажей этих танков может быть одиноко…

…Не знаю, о чем думали инженеры-проектировщики, но «Таран» меня впечатлил по самое не могу. Как вооружением, системами защиты и уровнем оснащения рабочих мест экипажа, так и силуэтом. И пусть с комфортом в этом танке действительно было не очень, зато дури хватало за глаза. Вот мы и оторвались. Сначала выехав на берег озера под иллюзией «Святогора» в непосредственной близости от десятка вояк Овенора, явно дожидавшихся нашего появления, а затем «сменив ипостась» на самую злобную и до смерти перепугав и «защитников Отечества», и их «единорогов». Кстати, к дороге поехали напрямик, «поленившись» объезжать лесок из кривых низкорослых деревьев, и походя проложили в нем солидную просеку. А на проезжую часть выезжать не стали — поперли вдоль нее, благо, тракт вскоре вырвался в степь, и «обочины» стали шире некуда.