— Нравится тебе, сука? Получаешь удовольствие?
— Нет, нет, — морщусь от излишне глубокого толчка. Член так глубоко, что, кажется, хочет проткнуть меня насквозь. Но я лишь выгибаюсь, мельком смотрю, как его чудовищный агрегат видно под моим плоским животом, как он ходит там внутри, двигаясь резко и часто, выдавливая из меня уже не стон, а чертов крик.
— Как в тебе хорошо, блять, ты как будто всасываешь мой член… Кончать будешь?
— Да пошел ты! — кричу в сердцах, а он только скалится. Начинает двигаться так быстро, а потом резко замирает, вытаскивает член и обильно поливает мое измученное тело. И тут я замечаю кровь. Ее много, она буквально покрывает его член по всей длине, вытекает из меня вместе с собственными соками.
— Вымойся, я потом еще приду, — встает он с кровати, берет штаны и выходит за дверь, оставляя меня одну. В полном раздрае от того, что только что произошло… Я закрываю дрожащими руками лицо, чувствуя, как проваливаюсь в яму, пробиваю дно самоуважения. Я же ненавижу его, как секс с ним мне вообще мог даже на минуту понравиться? Ублюдок…
— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!
Глава 8.
В ответ я слышу лишь тишину. Остаюсь одна в огромной комнате, от запаха в которой начинает тошнить.
Сижу на кровати, чувствуя, каким тяжелым, словно свинцовым, стало тело. Я будто потеряла способность двигаться, говорить, думать. Всё еще не верю. Просто не могу поверить, что это произошло со мной. Не с героиней какой-нибудь дешевой драмы, которыми зачитывается Алена, а со мной.
Чем я это заслужила? Своей упорной работой? Правильным воспитанием? Нежеланием подчиняться требованиям незнакомого мужчины? Мужчины, который только что грубо взял меня силой.
Тело всё еще горит от трения, которое буквально перечеркнуло всё, что я знала о сексе. Я должна была испытывать только боль, но мне... почти понравилось. И от этого еще гаже. Жаль, очень жаль, что меня не стошнило прямо на него. Вряд ли бы он тогда продолжил.
Может, больше и не придет. Он ведь взял, что хотел. Унизил, как только мог. Выжег каленым железом любые, даже самые крошечные ростки симпатии к себе. Ничтожество. Ублюдок.
В дверь раздается стук, и я в панике поглубже зарываюсь под одеяло.
Никто не спрашивает разрешения войти. В комнату молча заходит женщина с подносом и ставит его на письменный стол.
— Если вам что-нибудь понадобится, скажите охране за дверью. Меня зовут Светлана.
Она кажется милой, простой. Может, она мне поможет?
— Охране? То есть... я не могу уйти?
— Это вряд ли, Полина Олеговна. Может, хотите чего-нибудь расслабляющего? Шампанского?