— Смотри!

Она схватилась за пуговицы на чёрной рубашке и торопливо расстегнула их, затем настала очередь брюк. Одежда слетела на пол, и девушка осталась в чёрном белье простого, но элегантного покроя. Да, формы у неё были что надо, а кожа белая и гладкая, словно мрамор. С натуральными рыжими волосами — безумно красивое сочетание. Её грудь торопливо вздымалась от учащённого дыхания.

— Думаешь, я не хочу сходить искупаться? — выпалила она. — Или ощутить, как кровь приливает к щекам от чужого взгляда? От смущения… От предвкушения, в конце концов!

— Я всё ещё не понимаю, — развёл я руками. — Ты сказала «смотри», но куда?

— Сейчас всё поймёшь!

Она двумя резкими движениями сорвала лифчик и трусики и предстала передо мной полностью обнажённой.

— Слушай, не знаю, чем ты хотела меня удивить, — заговорил я, но в следующий миг осёкся. — Ох, ё-о-о…

— Ну как? Нравится? — с горечью в голосе спросила Катя.

Я не находил слов. Ещё с удивлением не справился. Везёт же мне на… проблемных. Может, поэтому эта османская принцесса Айлин мне не понравилась? Она просто нормальная…

— Вижу, что нет… — сглотнула Вдовина и потупила взгляд.

Её тело трясла мелкая дрожь.

Она резко вздрогнула, когда я прикоснулся к её плечу пальцем. Подняла на меня взгляд, затуманенный слезами. На губе, прикушенной жемчужными зубами, выступила бисеринка крови. Графиня снова дёрнулась, когда я повёл, едва касаясь бархатной кожи, пальцем вниз. Она была тёплой и уже крупно дрожала. Палец соскользнул с плеча вниз, оказался у подножия холма и взобрался на него. Не встретив сопротивления, он скользнул по абсолютно гладкой вершине и «упал» с холма. Я присел на колено, чтобы продолжить движение. После груди был плоский живот, твёрдый, идеально ровный лобок и… больше ничего. Графиня опустила голову, и рыжие кудри скрыли её лицо.

Она сказала глухо:

— Ты, наверно, ещё думал, что я придумываю, будто я полукровка. Задавался вопросом, почему до сих пор не вышла замуж. Неужели не нашлось достойных кандидатов? Нашлось и достаточно, но… Посмотри на меня. Как я возлягу с кем-то в постель? Или думал, что отсутствие дара ещё не повод считать себя непонятно кем? Вот моё главное доказательство. Я не человек, Коля. Никогда им не была. И никогда не буду.

Доказательство стояло прямо передо мной и глубоко дышало. Обнажённое… нет, даже оголённое, как нерв. У графини не было сосков на груди. И ниже тоже ничего не было. Даже пупка.

— Это мы ещё посмотрим… — обронил я.

— Что?

— Я сказал: это мы ещё посмотрим, — повторил твёрдо. — Твою невозможность получить удовольствие от близости я теперь воспринимаю как личный вызов.