— Кто⁈ — заорал я на него. — Кто надоумил тебя, идиота, на всё это⁈

Вергилий скривился и разлепил сухие губы:

— Та…

Закончить он не успел. Жуткие символы на коже вспыхнули плотоядным огнём и прожгли глубокие раны в теле. Гном дико заорал от боли, а через миг испустил дух.

В сердцах я лупанул молотом по полу, оставив солидную вмятину.

Пятой точкой чую, что это один из тех, кто охотится, и за мной в том числе.. Будто я часть мозаики увидел, но пока не понял, что к чему. Ничего, ещё разберусь. Символы остались на теле жреца, наверняка они прольют свет на того, чьих это рук дело.

Руны на молоте слабо мигнули и погасли. Мана у меня кончилась, и я едва смог отозвать Инсект со своего тела. Не хотелось опять бревном проваляться. Едва я это сделал, как ужасная боль чуть не свалила меня с ног. Я припал на одно колено с упором на рукоять молота. Открылось такое сильное кровотечение, что я даже не знал, успеет ли зелье регенерации подействовать. К тому же руки дрожали, как у запойного алкоголика.

— Коля… — на шею мне бросилась княжна и принялась покрывать поцелуями лицо. Затем охнула, когда ее взору предстали мои раны, и приложила к ним руку. Не в смысле добавила ещё, а буквально. Жуткий холод забрался мне под кожу, но кровотечение замедлилось.

Я выпил зелье регенерации и с облегчением выдохнул. В тот же момент в зал ворвался король с подкреплением. Вот только живых гвардейцев осталось всего пара человек. Ну и поделом им. Не стоило менять долг и честь на гномское золото.

Я с трудом встал и, хромая, направился к Скомороху. Княжну оставил приводить в чувство Короткова, который истощил все свои силы полностью.

Тварюга лежала, вытянувшись на полу во всю длину своего уродливого тела. Метров пять примерно. Монстр тяжело дышал, а пространство вокруг него было усеяно трупами гвардейцев. Некоторые смеялись на последнем издыхании, а двое из них были вовсе разорваны на части.

— Жить будешь? — спросил я.

Скоморох подёргал израненными конечностями. Множество маленьких ног были сломаны.

— Да, — с трудом ответил он, — если пощадишь…

Я влил в дырку между зубами последнее зелье регенерации. На монстров оно действует хуже, но действует.

— Ты же за этим пытался меня призвать, разве нет? Чтобы выжить.

— Ох, если бы я только смог до тебя достучаться, Дубов! — монстр зашевелился и привстал, опираясь о стену длинной шеей. — Я ведь пытался и сквозь сон с тобой связаться, но ты и там меня чуть не прибил! И посылал видения…

— Гном с удочкой… — поддакнул я. Догадался об этом перед тем, как меня схватили.

— Да! Клетка не давала мне связаться с тобой, но я нашёл небольшую лазейку в заклятиях. Но этот безумный жрец про это догадался. Под пытками он выудил из меня всё, что я знал. И про то, что я пытался добраться до тебя. Тогда-то он и решил использовать мои способности, чтобы заманить тебя в ловушку. И я снова послал видение гнома-рыбака. Но ты же догадался… зачем пошёл?