Как там звали тех троих? Разумовский, Короленко и Михайлов. Глупые русские фамилии. Даже шайтан не выговорит.

Бурак зло и презрительно сплюнул себе под ноги, вспомнив, с кем ему пришлось договариваться. Ничего, ему удалось их обмануть. Люди этих князей и герцога будут ждать на погранзаставе высоко в горах. Они думают, что это очередная операция по провозу контрабанды, но в этот раз всё будет не так. Да, они возили контрабанду в обе стороны, чтобы усыпить бдительность дворян. Только затем, чтобы сегодня ночью убить на заставе всех до единого и занять их место.

Затем настанет время для второго этапа их плана. Часть отряда покинет заставу и нападёт на османских пограничников, а вторая часть отряда поддержит их огнём миномётов с самой заставы русских. Чтобы внезапное нападение выглядело правдоподобно Бураку и его людям придётся убить несколько десятков подданных Империи султана Сулеймана. Маленькая, но такая необходимая жертва. После этого ещё один отряд янычар «контратакует русских» и отгонит их обратно к границе. Бурак со своими людьми исчезнут, оставив на заставе лишь трупы русских.

Так все доказательства вероломного нападения Российской Империи окажутся в нужных руках. И это станет прекрасным поводом объявить войну.

При мысли об этом Бурак улыбнулся и провёл ладонью по небольшой, чёрной, как крыло ворона, бороде. Он был высок и красив, пользовался бешеной популярностью у женщин — особенно у иностранок, охочих до османской экзотики. Бурак не противился. Ему нравилась популярность. Но мечтал он о карьере генерала, а отец пообещал, что если он успешно проведёт эту операцию, то даст командовать целой дивизией.

(Автор не знает османского языка, поэтому османскую речь будет помечать «осм.»)

(осм.) — Мой господин, — к Бураку подошёл один из его воинов, смуглый и гладко выбритый, только глаза блестели в полумраке вагона,. — скоро мы будем на месте.

(осм.) — Хорошо, Исмаил, готовь людей, — кивнул Бурак. — Проверьте винтовки, наденьте глушители и примкните штыки.

(осм.) — Да, мой господин.

Исмаил отошёл. Послышались тихие команды янычара, защёлкали затворы, залязгали присоединяемые штыки. Бурак попытался ослабить воротник мундира, который натирал шею. И как русские ходят в такой форме?

Вдруг поезд, лязгнув колёсами, остановился. Прибыли. Лёгкое волнение, с которым боролся Бурак всю дорогу, улетучилось. Так происходило каждый раз, когда наступала пора действовать.

(осм.) — Вперёд! — скомандовал Бурак. — И помните: ни слова по-османски!

Двери нескольких вагонов синхронно открылись, и на пути спрыгнули солдаты в русской форме. Они слепо заозирались, потому что оказались в полной темноте. Ночи в горах, конечно, тёмные, но на полустанке должны гореть фонари. А туткромешная мгла.