Ползём на расстоянии десяти аршин друг от друга. Внимательно осматриваем все воронки и прислушиваемся к странным звукам. Далеко заползать не будем. Аршин на сто пятьдесят. Двести максимум. Дальше опасно. Если обнаружим Астронома, не орать, не вскакивать. Сообщаем мне. Всё понятно?

Глядя, как Дикие пытаются изображать из себя ужей, чуть было не заржал. Плевок по стене и то красивее ползёт. Особенно экстравагантно смотрится Жир. Из-за большого пуза его ручонки еле достают до земли, поэтому боец больше надеется в передвижении на корпус, отчаянно виляя необъятной задницей.

Скорость, естественно, минимальная у всех. Я бы один сто раз сгонял туда и обратно. Но начинает рассветать. Скоро нас могут заметить.

— Там что-то есть, — прошептал Борзый по рации. — Танк гоблинов. Из него мычание или вой… Не могу определиться.

— Стоять… Лежать рядом! — приказываю я. — Группа, движемся по направлению к танку.

Вскоре все подползли и стали прислушиваться. Действительно, то ли мычание, то ли подвывания. Астронома можно понять: проснуться в не самой приятной компании зелёных — это не мечта всей его жизни.

— Морячок! Быстро проверь, что там такое. Остальным занять круговую оборону. Может быть ловушка.

— Давайте сойдёмся в Братстве? — предложил Жир.

— Давайте без «давайте», боец! А если эта ловушка спецом на вас? Как только раскроете свои способности, сразу же артиллерией гоблины этот квадрат накроют. Замучаемся потом разбираться, какие кишки кому из нас принадлежат. С остальными частями тела будет не лучше.

Моя лекция проняла всех. Дикие, взяв оружие наизготовку, стали всматриваться в туманную даль. Морячок забрался на танк, открыл люк и радостно возвестил.

— Тут Астроном! Связанный, но живой!

— Борзый, помоги Морячку вытащить этого танкиста, мать его за ногу.

— Обязательно за ногу тащить?

— Обязательно с матерью! Выполняй приказ!

Вскоре мы ползём с бесчувственным телом в сторону своего блиндажика. Правда, вначале Астроном был относительно «чувственным», но, увидев нас, от радости сомлел. Уже на месте развязали его, окатили из ведра холодной водой и дали пару минут поистерить.

— Рассказывай! — громко сказал я, для окончательного прояснения мозгов отвесив спасённому неслабую затрещину.

— Не…Не… Не знаю, — заикаясь начал Астроном. — Очнулся… Танк и страшные мёртвые харки! Я такого ужаса никогда не испытывал!

— Очнулся? — интересуюсь, недобро глядя на потерпевшего. — Ты что, спал?

— Слегка прикорнул, — повинился он. — А тут такое…

— То есть гоблины могли из-за тебя вырезать нас всех, если бы им дали задание не языка по-тихому взять, а диверсию провести?