Первым от нас отвалился Алан Борсиев, добравшись до своего отделения. За ним последовала Палкина. Я, старшина и Якутова топали достаточно долго.
— Долго ещё? — интересуюсь у проводника.
— Дикие на самом крае, — пояснил он. — Им там удобнее, да и нам спокойнее. Зря тебя, парень, к ним направили. Там же все больные на голову. С такими не то что младший сержант, но и не каждый боевой офицер сладит.
— И чем же они такие больные?
— Узнаешь… — со вздохом пообещал он. — Хоть воевать и умеют, но по мне: банда неуправляемая. Дикие, одним словом. Дам тебе один совет. Если ко двору там не придёшься, то не геройствуй. Сразу тащись в штаб и проси новое отделение. А то был до тебя один. Три дня терпел. Думали, что взял шестое отделение в кулак, а оказалось, что его вместо прачки используют и из блиндажа не выпускают.
— Однозначно на трибунал себе заработали, — подала голос Якутова.
— Заработали, — согласился старшина. — Только в тот день зелёные попёрли. Дикие, недолго думая, ломанулись на них и сумели пробиться до Барьера. На этом не остановились, а вошли в Реальность харков. Обратно притащили какого-то полководца гоблинского. После этого атака на нас резко прекратилась. За такое нужно не под трибунал, а к золотой ленте представлять. Никто не понимает, как Диким удалось подобное. Спрашивали, но эти только на хрен всех посылают.
— И Жуковского?
— Нет. Его они уважают, хоть и плевать хотели на все приказы. Типа, сами знают, что делать на войне, и остальные им не указ. Вот их расположение, кстати. Дальше, «младшой», сам иди.
— Данила, — отвела меня лейтенант в сторону. — Что-то мне не нравятся подобные рассказы. Давай-ка вместе к этим придуркам прогуляемся? У меня всё-таки ментальный Дар: могу слегка им приплюснуть особо борзых.
— Нет, Галя, — с уверенностью, которую совсем не ощущаю, произнёс я. — Мне свидетели не нужны. Самому хочется приручить Диких.
— Ну, как знаешь, — не стала спорить она. — Удачи, спасатель!
Ободряюще хлопнув меня по плечу, она ушла вместе со старшиной. Я же осторожно стал подкрадываться к блиндажу своих подчинённых, ещё не знающих, какая радость им на голову свалилась. Печати Смерти будоражили кровь и заставляли меня довольно улыбаться в предвкушении веселухи.
Глава 8
Осторожно подойдя к блиндажу, удивился, что нет никакой охраны, хотя до основных наших сил метров двести и заградительных укреплений почти нет, лишь один ряд колючей проволоки. Странная беспечность для опытных солдат. Смертельная, я бы даже сказал.
Но с другой стороны, мне сейчас это на руку. Если в этих Диких осталась хоть какая-то вменяемость, то не смогут отвертеться от подобного косяка. Будем сразу показывать, кто тут командир.