Тут же из блиндажа повыскакивали остальные Дикие. В этот раз почти грамотно и достаточно быстро. Надо потом будет Галине обязательно презент какой-нибудь сварганить за экспресс-воспитание моих питомцев.

— Барон! — облегчённо выдохнул Морячок, увидев меня. — А мы-то уж думали, что опять эта ведьма припёрлась посты проверять.

— Да-да! — затряс подбородками Жир. — Звуки вот прямо один в один. У меня чуть инфаркт не случился, когда Славика голос услышал.

— Ведьма? — переспросил я. — Это вы про Якутову?

— Именно. Ведьма и есть. Эта лейтенант без погон — не человек, а демонское создание!

— Просто она инструктор Школы Спасателей. Я ей передам ваши слова.

— Не надо… — жалобно простонал Пушкин.

— Не боись. У меня есть второй инструктор, бравый прапорщик с позывным Чёрт. А у лейтенанта своего индивидуального позывного не сложилось. Думаю, что Ведьма ей очень понравится.

— Ужас. Он тоже к нам явиться может? Хорошего человека Чёртом не назовут.

— Может, — немного нагнал страху я. — Но если он появится, то одними внушениями не ограничится. Правда, вы почувствуете его приход не сразу: прапор любит вначале сильно калечить, а уж потом воспитательные беседы с теми, кто пришёл в сознание, проводить. Считает, что так доходит лучше.

— Чёрт и Ведьма… Жуткая парочка! — сделал вывод Морячок. — Я слышал, что у спасателей обучение не сахар, но чтобы до такой степени и представить не мог. Господин сержант, вы по сравнению с ними котёнок пушистый. Морду, конечно, расквасите, особо не рефлексируя, но моральными пытками не занимаетесь.

— А вот теперь мне стало обидно. Если я для подчинённых «котёнок», значит, где-то недоработал. Быстро строиться!

— Радость от встречи была недолгой… — пробормотал Борзый, первым вставая в строй.

Я осмотрел своё шестое отделение. Бойцам явно стало лучше. Видок, конечно, затраханный, но полного изнеможения не видно. По сравнению с позавчерашним днём — красавцы просто.

— Ну что, господа хорошие? — начал я свою речь, прохаживаясь вдоль строя. — Недавний бой показал, что вы не одарённые, а праздничный набор собачьих какашек.

— Не скажи, Барон, — возразил мне Жир. — Как-никак гоблинскую артиллерию почти всю уничтожили. Это не каждому дано.

— Упор лёжа принять. Десять отжиманий за разговорчики в строю. И ещё десять, чтобы различал, когда я Барон, а когда господин младший сержант Горюнов.

— Я двадцать раз не осилю.

— Лейтенант Якутова? — сделав вид, что включил гарнитуру связи, проговорил я. — Вы сейчас сильно заняты?

— Не надо Ведьму! — уже лёжа на земле, умоляюще произнёс Жир. — Двадцать так двадцать!