В общем, вся метрическая реформа Олега остановилась примерно на том же уровне, что и существовавшие здесь до него.

Он ввёл метр, дециметр, килограмм и сотку, эталонные образцы которых находились в каждом замке и у старост поселений.

Единственным плюсом его системы, по сравнению с существовавшей до него, была её десятичность.

Понятно, что для небольших деталей всё равно приходилось использовать чертежи в реальном масштабе.

За обедом в этот день к Олегу собрались почти все его соратники. С Чеком приехал и барон Глен Орвин.

Этого барона Олег пока ещё не считал своим соратником, но был уверен в том, что подсадил его на крючок выгоды намертво.

В баронствах также, как и на остальных землях Винора, снимали по три урожая в год. И дело здесь было не в какой-то магии, а в климате. Ранней весной собирали урожаи озимых, а в конце лета и в конце осени - обычные.

Урожай от привезённых Женком семян льна был небольшим по объёмам, но избавил Глена от, пусть для кого-то и небольшого, но для него обременительного долга. А вот второй, осенний, урожай льна, когда Орвин засеял почти в пять раз больше, принёс ему полторы тысячи лигров, которых ему хватило, чтобы не только подкупить продовольствия и семян на посевы, но и даже что-то отложить к себе в кубышку. Для барона, которому уже десяток лет приходилось едва сводить концы с концами, это было очень приятно.

Орвин вообще хотел полностью перейти на лён и засеять им в озимь почти все свои поля, но Олег, хоть это и входило в его дальнейшие планы, пока Глена притормозил, сказав, что к закупке таких объёмов он будет готов не раньше весны следующего года. Так что Орвину пришлось на время поумерить свои аппетиты.

Но уже полученная прибыль и открывающиеся перпективы превратили вечно мрачного и желчного мужчину почти в добродушного увальня.

- Кальвадос подавать сегодня на стол?

Веда, с уже сильно округлившимся животиком, по-прежнему, твёрдой рукой держала бразды правления замковой прислугой. Она уже основательно поднаторела в вопросах управления, была скорой на расправу с провинившимися, но без излишней жестокости, и не ленилась всё держать на контроле.

- Тебе скоро уже рожать? - Олег приобняв свою давнюю рабыню-подругу, погладил её по животу.

- Скоро, на последней декаде зимы или на первой весны, - заулыбалась Веда.

Она всегда была рада, когда барон переходил с ней на дружеское общение. Но, кстати, так ему и не сказала, от кого носит ребёнка. Да Олег и не сильно интересовался, не от него же, а там уж всё равно.

Главное, что Гури смирился с поведением жены, видно, любит эту вертихвостку, а может, ему так удобней. А Шерез, как-то в беседе, сказал ему, что у него от Веды не может быть ребёнка в принципе, не тот секс они практиковали, чтобы дети появлялись.