За столом, как её учила Гортензия, сидела выпрямив спину, вежливо улыбалась и в разговоры старалась не лезть.

Как говорила баронесса Пален, чтобы стать умнее, надо меньше говорить, а больше слушать.

Караван бирманских торговцев прибыл к замку в сопровождении Риты и её егерей. Фургоны и телеги остановились в полулиге от замка, возле берега озера, а сами торговцы, вслед за лейтенантом, прошли в замок, где их встретили и провели в баню.

Уля за прибытием каравана наблюдала с надвратной башни, куда поднялась вместе с Филезой.

- Какие они важные господа, - с почтительностью в голосе заметила служанка, - И одеты богато.

На слова своей служанки Уля фыркнула. Она уже привыкла к своему положению и смотрела на торговцев свысока.

И это получалось у неё не только в переносном смысле - сначала она смотрела на них с высоты башни, а сейчас, за обедом, с высоты небольшого помоста, который специально соорудили в зале к приёму торговцев.

Этикет предписывал, чтобы благородные владетели сидели выше простолюдинов.

За столом, установленном на возвышении, сидели только барон и баронета, гости - четыре бирманских купца во главе с Замятой, и Шерез с Ритой, сидели ниже.

Столы были уставлены блюдами из различных видов мяса, в основном из свинины и дичи, овощей и рыбы. В отдельных вазах были выложены фрукты и печенье. Вина, в этот раз, Олег приказал не выставлять, ограничившись сидром, морсами и клюквенным квасом, рецепту которого барон научил замкового повара, и, ожидаемо, кальвадосом.

Отсутствие вина никто из гостей даже не заметил. Уля усвоила, что разглядывать людей за столом неприлично, но краем глаза она наблюдала за эмоциями, которые появились на лицах троих из четверки торговцев, когда они из диковинных серебряных стаканчиков, придуманных Олегом, выпили кальвадоса.

С изумлёнными лицами они смотрели на своего четвёртого товарища, Замяту, а тот, при этом, имел важный и довольный вид, дескать, а что я говорил?

Баронете было очень интересно за столом, хотя в беседе она и не участвовала. Она слушала, как Олег распрашивал торговцев о дороге, о том, как добирались.

Когда было выпито уже по нескольку стаканчиков, то инициатива разговора перешла к бирманцам. Они принялись восторгаться размахом строительства, а Замята больше всего изумлялся скоростью, с которой велась перестройка замка.

- Уму непостижимо, господин барон! Это просто чудеса! За семь декад, что я отсутствовал, здесь сделано столько, что и за три года не сделать! Примите моё восхищение.

- Принимаю.

Уля почувствовала, как кровный брат толкнул её в бок под столом, и расценила это, как похвалу, вполне ею заслуженную, за её магическую работу. И да, ей было приятно.