Глава 4. Женя
Мне конец. Я не пойду сегодня в универ. Вчера я психанула и ушла с пар. Всю дорогу до дома я проклинала Змеевского, наводя на него всякого рода порчи. И если вчера хотя бы не было тренировки, то сегодня она есть, благо только женским коллективом, но проводит ее Никита Сергеевич. И кстати, девчонки по-прежнему со мной не разговаривают, так что план притвориться мертвой на сутки очень актуален. Стук в дверь заставил меня вылезти из-под одеяла и проверить, кто нарушил мои душевные муки. – Мама сказала, что у тебя тут критическая ситуация. Я пришел тебя спасать, – прозвучал бодрый и любимый голос. Папа, одетый в деловой костюм, вошел в мою комнату и присел на край кровати. Вся спальня сразу пропиталась ароматом его одеколона, окуная прямиком в детство. С самого рождения я была папиной дочкой. С мамой мы тоже не разлей вода, но с папой коннект на всю жизнь. Он всегда знал мои желания, повадки, и за мой характер можно смело благодарить его. Никаких слез и паники, только сосредоточенность. Ну и иногда вспыльчивость. В обиду я себя никогда не давала. Если падала, то всегда сразу вставала, без нытья и истерик. Синяки и раны не были для меня проблемой. Помню, как мама переживала, что дочь пойдет на первое сентября с синими коленками и шрамом на полноги. А мы тем временем с папой гоняли на баскетбольной площадке, получая еще больше ссадин на двоих. Годы шли, а ничего не менялось. Мы до сих пор периодически ходим на баскетбольную коробку, смотрим хоккейные матчи по телевизору или на арене. – М-да, ситуация критическая, нужно подкрепление, – изобразив в руке рацию, проговорил голосом агента папа. – Не смешно, пап. – А я и не смеюсь. Последний раз ты прогуливала тренировку, только когда в больнице лежала. И то мы с матерью тогда удивились, когда нам позвонили и сказали, что ты заперлась в палате и бегаешь с мячом. – Па-а-ап, – я наконец-то встала с кровати и смущенно протянула: – мне было тринадцать лет. – Вот именно. Если в тринадцать лет тебя не могло ничего сломить, то сейчас тем более. Посмотри, какая красивая и сильная ты стала. – Отец подошел ко мне и, подняв подбородок большим пальцем, заглянул в глаза. – Это я еще молчу о том, какая ты умная и изворотливая, но этим ты в маму. – Я все слышу, – раздался голос мамы на пороге моей комнаты, и мы с отцом в унисон засмеялись. Папа был прав, я все смогу! Перед девчонками я уже извинилась, надо просто подождать, когда они перебесятся. И к тому же на тренировке Лада нас всех заставит взаимодействовать друг с другом. Все-таки