но Леон перехватил мою руку и взял рамку с другой стороны, молча глядя на нее. – У тебя ее глаза. – Смахнув челку с его лба, я прислонилась губами к внешнему уголку века. Он с особой осторожностью поставил фотографию на место и, взяв меня за руку, повел к кровати. Присев, Леон притянул меня к себе за талию и нырнул под кофту, покрывая кожу живота легкими поцелуями. От щиколоток до основания шеи поползли мурашки, и я запустила руки в волосы Леона. Он издал мурчание, от которого внизу живота завязался приятнейший узел. Леон увлек меня за собой, и мы оба упали на кровать. Он быстро подмял меня под себя и с гордой улыбкой высился надо мной, упираясь на крепкие руки. – Ты прекрасна с любого ракурса, – томно проговорил он, и его челка упала, оттеняя цвет его глаз и превращая их в темный омут. Он опустился и поглотил мои губы в страстном поцелуе. Я даже не думала сопротивляться, отдавшись чувствам с головой. Руки блуждали по его телу, пытаясь стянуть с него футболку. Нехотя прервав поцелуй, мы помогли друг другу избавиться от лишней одежды, и теперь надо мной возвышалась гора мышц. Спрятав стеснение в глубокий угол сознания, я принялась осыпать поцелуями его грудь и, взяв инициативу в свои руки, повалила Леона на спину. Оседлав его бедра, я изучала губами каждый сантиметр сильного торса. От моих поцелуев на коже Леона появлялось все больше мурашек. Я заметила, как он расслабился и, закрыв глаза, глубоко задышал. Его кадык дернулся, когда мои пальцы легли на резинку боксеров. – Это необязательно, – приподнявшись на локтях, прошептал Леон, заправляя волосы мне за ухо. – Еще как обязательно, – ответила я, и под тканью трусов дернулся его член. – Вот видишь. Он со мной согласен. Я приблизилась к его лицу и облизала нижнюю губу, всасывая ее. Он приобнял мою шею и углубил поцелуй, прижимаясь ко мне всем телом. Его головка уперлась в мои намокшие трусики. Я безумно желала ощутить его внутри себя, но, вспомнив об изначальном плане, стала спускаться, не прерывая зрительного контакта. В его глазах пылало желание, и это прибавляло мне уверенности. Член дернулся мне навстречу, и я обвела языком головку, слизывая выделившуюся капельку смазки. Гортанный мужской стон отскочил от стен комнаты, и я взяла член в рот. Губы скользили по его основанию, с каждым разом вбирая все больше. Волосы то и дело падали на лицо, и, заметив это, Леон собрал их, намотав на кулак. Я продолжила поступательные движения, смотря на него из-под полуприкрытых век. Он помогал бедрами, подстраиваясь под