— Если хочешь жить, выходи.

— Да пошёл ты! — раздалось из темноты. Скрытный Локи, как всегда, на высоте.

Я достал свой мобильник и включил фонарь, шагнул ниже и направил в проём. Свет выхватил край фигуры, сидящей на корточках у самого входа — он поджидал, чтобы снизу ударить входящего. Кто бы сомневался. Ослеплённый светом, Локи чертыхнулся и отпрянул назад, а я спрыгнул, приземлился и катнул телефон по полу фонарём вверх, он проехал метра три и застыл, освещая комнату. И спрятаться мелкому мудаку было уже негде.

Я ринулся на него, он выхватил секиру прямо из инвентаря, вот только силёнок с ней управиться у него не было.

— Не подходи! — завизжал рыжий. — Сука, убью!

А у самого губы посинели от страха и руки тряслись.

Я медленно пошёл на него с острыми обломками веток и сказал:

— Клади секиру, посох, мой меч и твой нож на пол. Тогда останешься жив.

— Не ври, сука! — заорал он, брызгая слюной, как бешеный. Страх и бессилие корчили дурака, который считал себя хитрым. И он продолжал судить людей по себе.

— Я и не вру.

Бросился на него, он уронил секиру, выхватил нож, но я легко отбил неумелый удар одной веткой, а другую воткнул ему в живот.

Вопреки голливудским фильмам, проткнуть брюшину человека чем-то, специально для этого неприспособленным, весьма непросто. Но я очень хотел это сделать, и ударил не только сильно, но и с какой-то внутренней холодной яростью.

Крит.

Самодельное оружие нанесло 3 ×2 = 6 хитов урона

— А-а-а-а-а! — закричал он, согнувшись от боли и роняя свой нож.

— Как тебя зовут? — сказал я, взяв его за горло.

— Игорь, — пролепетал недо-рога. — Н-не убивай… пожалуйста… не надо…

Я и не собирался пачкать об него руки.

— Открой инвентарь.

Передо мной в воздухе появились все его ячейки, заполненные разным барахлом. Чего там только не было: и какие-то камушки, лианы, папоротники, ракушки, кокос. Мусор, но на всякий случай вороватый Игорёк набрал его полные карманы. Ведь может стоит три копеечки, и пригодится.

Я взял из инвентаря посох великого мага и свой меч. Оставил мусор мусорщику, а затем врезал ему по морде. Я дважды в жизни бил людей по лицу, и оба раза они нарвались. Но никогда ещё я не бил с таким удовлетворением.

Игорёк отлетел к стене, я поднял его нож и забрал секиру. Взял свой телефон.

— Запомни, крыса, — сказал я, и даже не узнал свой голос, так зло он звучал. — Мы в этой Башне не против друг друга, а против Башни. Мы, может, единственная надежда человечества. Слышишь, дебил?

Он что-то всхлипнул из полутьмы.

— Мы должны помогать друг другу, а не бить в спину. На первый раз я тебя не трону. Только нож, которым ты меня предательски ударил в спину, тебе больше не носить. И артефакты я хотел честно поделить, а теперь забираю себе. Живи, Игорёк. Но запомни: за следующее предательство я тебя убью. Как крысу.