Жар накрыл их стеной. Воздух сделался тяжёлым, обжигающим, дышать стало труднее.

— Дела плохи!!! — прокричала в панике Ярая, выставляя щит и пятясь назад. — Нужно срочно уходить!!!

Уходить-то нужно, вот только… Им просто не дадут этого сделать. Магма уже клоками перекрывала пути отхода, земля местами превратилась в вязкое месиво. Да и наставников поблизости не было — ни одного знакомого сильного присутствия.

Яна, перехватив клинок поудобнее, чуть приподняла кончик меча и, идя вперёд навстречу жару, спокойно произнесла:

— Уходите. Я самая быстрая из вас, и я вас догоню.

Она даже не обернулась, чтобы посмотреть, послушаются ли её. Не слушая ничьих возгласов, не реагируя на отчаянные вопли, девушка рванула вперёд. Она чувствовала, как взгляд твари — эти маленькие, глубоко сидящие в черепе глаза — цепляется только за неё.

* * *

Битва в общем шла уже двадцать минут, а сейчас так вообще свелась к секундам.

Горилла слишком сильна. Раны лишь злили её, усиливая порывы ярости. Каждый новый порез тут же подсушивался жаром, затягивался коркой оплавленной плоти, и магма вновь начинала сочиться сквозь неё.

Всё же это духовный-стихийный зверь, и ей лет триста, не меньше. А может, и больше. От неё шёл тяжёлый, вязкий дух древности.

Ещё и произошло то, чего я боялся больше всего.

Старый и опытный зверь пробудил в себе силу крови. Магма на теле зверя стянулась ближе к сердцу и лапам, вспыхнула ярче, и над ним на миг проступил смутный, полупрозрачный силуэт — образ чудовища, ещё более огромного и древнего.

Яна, концентрируя энергию в ауре и в клинке, сжимая её в тонкую линию, вступила с ним в бой. Однако это и боем назвать нельзя.

Горилла превратилась в мощный отбойник, в живой молот. На каждую атаку Яны враг отвечал десятком ударов. Стоило ей только двинуться вперёд — по ней уже обрушивалась лавина ударов. Она больше не могла атаковать как раньше, просто пыталась защититься, сдерживая шквал.

Удары сыпались так быстро, что покров давно лопнул, и не один раз. Аура вспыхивала снова, но каждый раз чуть слабее прежнего. На руках начали появляться ожоги.

Отброшенная девушка отлетела назад, ударившись о землю и, прокатившись, оставила на земле длинный след. Однако, встав, шатаясь, с подрагивающими коленями, всё равно снова бросилась в бой. Взгляд упрямо цеплялся за огромную тушу зверя.

А в следующую секунду её клинок засиял мягким белым светом…

Единение.

Она зовёт меня…

* * *

Яна решилась на то, на что не решалась уже очень давно.

Единение.

Поначалу, когда только появилась здесь, она пыталась довольно часто использовать его, но каждый раз, ощущая в ответ только тишину, глухой вакуум, в итоге начала испытывать страх перед этой силой. Страх не перед мощью, а перед отсутствием отклика. Перед тем, что он может больше не ответить.