Мои пальцы быстро скользили по голограммам, ища возможный подвох, пока я не понял простую вещь: это не ошибка. Это защита. Если кто-то, кроме наследника, найдёт мир-корабль, он не сможет получить информацию обо всех остальных. То есть здесь и сейчас в памяти нет информации о других мирах-кораблях. Она откроется только после «сопряжения». Когда корабли обменяются частью общей «памяти».

Я взмахом руки убрал экраны и откинулся в кресле, раздумывая.

Посидеть в тишине мне не дали.

— Что-то случилось? — прямо спросила Кларисса.

Я кивнул.

— Можно и так сказать.

После этого быстро пересказал всё услышанное. Кларисса выслушала очень внимательно, а затем почти сразу спросила:

— А этим самым предателем не может быть именно этот корабль?

— Не знаю, — честно помотал я головой. — Но это не логично. Иначе зачем предателю оставаться именно в этом месте? Да и какой смысл рассказывать о предательстве?

На это она лишь пожала плечами а Яна и Ольга переглянулись.

— В любом случае…

Я вновь махнул рукой и забурился в информацию. Однако слишком далеко пройти мне не удалось. Затребовался идентификатор души.

Понимая, что кресло является частью центральной системы всего корабля, я воздействовал прямо через него на главный реактор, который и затребовал эту информацию.

В итоге блок был полностью снят и я увидел сотни появившихся меню, которых ранее не было. Стремительно рыская по ним, убедился, что душа не врала. Они, души, действительно не могут навредить никому на корабле, если он не помечен мной как враг.

Предки… Были великими людьми. Они не просто построили миры-корабли. Они оставили мне схемы и печати… Всё, что в последствии даст мне возможность воссоздать, восстановить или создать новых гигантов.

Я разглядывал печати, наложенные на души, понимая, что через такую громаду структур им не пробиться, чтобы сбросить контроль. А значит тот, кто не погрузился в сон, действительно сорвал формацию, тем самым перехватив этот самый контроль.

Быстро пролистывая нужные вкладки, нашёл довольно странный список.

В нём значились три названия:

Сафтира.

Гекатенхальт.

Глайприн.

Я смотрел на последнее название и понимал, что, скорее всего, именно о нём и говорила душа. Гекатенхальт я запускал лично. Этот корабль — тоже. А о Глейприне даже не слышал. По всему выходит, что он и есть тот самый предатель.

Это что же выходит? За мной действительно по космосу гоняется обезумевший мир-корабль…?

Немного посидев и поразмышляв, понял, что думать о таком безумстве можно и в движении, ведь итак прошло уже слишком много времени.

Так что я занялся делом. Начал закрывать все отсеки, перекрывая доступ туда, куда никому из людей Клариссы попадать не нужно. Проверил основные системы и убедился, что после активации мной все генераторы и реакторы уже работают как положено.