В следующую секунду парень сделал шаг вперёд по ступеням.
Девушка едва заметно напряглась. От неё во все стороны ударила аура. Холодная, сдержанная, золотистая. Но тянущаяся к ней рука Сергея без проблем пробила её, раскалывая на осколки энергии и сперва коснулась рогов молодой королевы, затем ложась на алые волосы.
Сергей, наклонившись к замершей Саше, чуть прислонил её лоб к своему, а после, прикрыв глаза, тихо произнёс:
— Помни, Саша, что у тебя есть не только Этараксийцы. У тебя есть твой Род. Пускай ты отказалась от меня, пускай ты отказалась от нас, однако мы, твой Род, твоя семья, не откажемся от тебя никогда.
Глаза девушки едва заметно дрогнули и чуть расширились, а Сергей продолжал:
— Я не знаю, кем мы будем друг для друга, когда я вернусь. Но сейчас для меня ты — та, кто подарила мне своё сердце. И я хочу позаботиться о тебе, поэтому вверяю тебе своё наследие. Однако помни, что это оружие сдерживания, а не нападения. Враги, узнав о том, что у тебя есть нечто подобное, обязательно захотят им обладать. Надеюсь, что после моего отлёта у вас никогда не будет проблем. Но если так случится, что настанет тёмный час… Стоя на мире-корабле, просто позови меня. Позови нас, свою семью. И будь уверена, что мы обязательно откликнемся и придём. И пусть дрожат те, кто рискнёт обидеть тебя или навлечь на себя гнев нашего Рода…
Саша сидела тихо, замерев и не двигаясь. Девушка плотно сомкнула губы, не позволяя чувствам проступить на лице.
Оторвав свой лоб от её лба и в последний раз проведя рукой по тёплым рогам, Сергей развернулся и медленно пошёл к концу мостика, на ходу произнося, пока его образ растворялся:
— До скорой встречи, Саара, моя королева. Когда мы встретимся вновь — я больше не позволю тебе одной нести на плечах этот груз. Это — моё святое обещание тебе, а мир-корабль — свадебный подарок.
Образ растворился, не оставив после себя и искры. Саша, смотря вперёд немного тоскливым взглядом, опустила свою руку вниз, на живот, едва касаясь его.
Глава 25 Начало пути домой и череда прощаний. Прощание второе
Я стоял у обзорного окна корабля, где за толстым прозрачным полотном медленно тянулся космос — темный, бесконечный, усеянный редкими холодными огнями звезд. На фоне этой безмолвной черноты корабль Этараксийцев, на который я и смотрел, казался чем-то вечным, движущимся только вперёд.
Он шёл параллельным курсом, держась на расстоянии, как и подобает тем, кто вроде бы уже не враги, но и не могут просто так подойти ближе.
Я смотрел на это без каких либо эмоций на лице. Не потому что ничего не чувствую, а потому что всё, что нужно, уже было сказано. Больше слова сейчас ничего не изменят. Ни для неё, ни для меня. Только дела и общее стремление к чему-то большему, чем «мы». Ведь и я и она — оба правители, которым придётся принять на себя данность бытия.